Тот, кого не люблю

Прогоняю дурацкие мысли и споласкиваю посуду. Зоя устраивается на диване и строчит кому-то сообщения. Мою плиту, сковородку, убираю продукты в холодильник и… болтаю всякую чепуху, чтобы показаться серьезным:

– Я уже подписал договор с Либерманом. Он завтра же приступит к расследованию, запросит материалы дела, осмотрит место происшествия.

– Угу, – отвечает Зоя.

– Уверен, что доказать твою невиновность будет несложно – возле офиса полно камер, да и люди тебя могли видеть.

Она молчит. Я вытираю руки полотенцем и поворачиваюсь. Подтянув ноги к животу, Зоя спит.

– Зой?

Подхожу ближе, почти не дыша. Опускаюсь на корточки и склоняюсь к ее лицу. Ее длинные, закрученные на концах ресницы подрагивают, прядь у виска шевелится от теплого дыхания. Господи, что же ты наделала, дурочка? Почему, за что, зачем? Задыхаюсь от предательской, болезненной нежности, затопившей душу… Какая она сейчас милая, прекрасная, беззащитная. Жалко, что только, когда спит… Усилием воли поднимаюсь с колен и накрываю Зою теплым одеялом, лежащим на кресле.

Глава 12.

Зоя."

"Разлепляю глаза и сладко потягиваюсь… За окном поют птицы, а в приоткрытое окно рвется теплый ветер.

Он колышет невесомую белую занавеску и нагло забирается под одеяло, покусывая кожу. Где-то шумит горная река, работает экскаватор, ругаются матом мужики, проезжают машины. Да, это снова случилось со мной… Такая вот у меня судьба – попадать в неприятности… И апогеем моих неудач является вот это безобразие… Как я могла заснуть? Я ведь задумала совсем другое… Перед глазами против воли предстает его напряженное лицо, а кожа покалывает, как и вчера, когда он на меня смотрел… Скользил взглядом по лицу, шее, груди… Пожалуй, на ней его взор задержался дольше обычного. Роберт пытался казаться спокойным, но лопатка в его руках предательски дрожала… Я ведь так и не смогла подойти ближе… Вы спросите, для чего? Обнять его, вдохнуть запах, по которому так скучала, поцеловать щетинистые щеки и коснуться губами губ… Доказать ему, что я не пустое место… Довести его до исступления и оставить ни с чем. Да, это я и планировала! Но наполеоновские планы нарушил сон! Не понимаю, после чего меня так сморило? Я уткнулась в подушку, пахнущую им… И крепко заснула.

Сбрасываю теплое шерстяное одеяло и касаюсь ступнями прохладного пола. Надо поскорее умыться и ехать домой. Мама, наверное, с ума сходит от волнения! Судорожно хватаю телефон, собираясь позвонить родительнице, но обнаруживаю там сообщение, очевидно, отправленное Робертом:

«Со мной все в порядке, ночую у себя. Очень устала, приеду завтра».

И там же мамин ответ:

«С Мишуткой все хорошо, отдыхай».