Тонкие грани

Но я находилась в здравом уме и твердо была уверена в том, что убийство наглеца, вчерашний внезапно появившийся гость, и моя встреча с дядей связана тонкой, но прочной нитью. Никому из всех нас не откреститься от произошедших событий. В жизни не поверю, что такие случайности могли быть на самом деле случайными.

- Тогда почему? Почему его убили, а меня оставили в живых? – я чувствовала, как раздражение мелкими песчинками окутывало сознание и была непреклонна. Мне нужно было знать, почему или за что убили Рика. Что он совершил такого, за что получил пулю? Или может быть знал что-то, чего знать был не должен? Почему не хотел меня отдавать Льюису?

- А ты бы хотела получить пулю вместо него? – дядя внимательно смотрел мне в лицо.

Безудержный каркающий смех стих и его лицо стало предельно сосредоточенным, будто он пытался прочесть мои мысли.

- Я бы хотела знать, почему его убили твои люди, – я уже ощущала себя испорченным телефоном, повторяя эти слова."

"Неужели так сложно было назвать причину? Ведь я не просила его воскресить. Даже если бы это было в его возможности, я бы не стала его просить об этом. Мои просьбы и человек, сидящий напротив – две несовместимые вещи. Скорее я откусила себе язык, нежели бы открыла рот с призывом о помощи.

В этот самый момент, когда дядя уже было собрался что-то сказать, в дверь постучали и Вилсон-второй или третий, даже черт бы не разобрался в их иерархической лестнице рабочего штата, попросту потому что не смог их правильно отличить друг от друга, передал Льюису несколько бумаг. Я сосредоточенно наблюдала за каждым его движением. На лице отражались железобетонные эмоции, которые, казалось, приросли к его лицу во время ознакомления с бумагами. Что-то мне подсказывало, что это важная для меня информация. Вообще это уже стало на уровне паранойи – все чтобы не произошло, я относила на свой счет. Убили Стэнли – виновата я. Убили собак Рика – виновата я. Убили самого Рика – тоже виновата я. Случись бы сейчас наводнение или шторм – я бы стопроцентно отнесла это на свой счет. У меня была одна отличительная особенность – притягивать к себе неприятности. Я и раньше догадывалась об этом, но в свете последних событий могла с уверенностью заявить всем, что я, Алисия Уорнер – была ходячим магнитом для неприятностей различного характера. На мою грудь можно было надеть круглый радиационный значок и прилегающую ко мне территорию считать опасно-радиоктивной.

Еще чуть-чуть и казалось я подлечу к дяде и вырву бумаги из его рук. Терпение готово было вот-вот лопнуть, словно воздушный шарик, который перекачали воздухом. И если в течение нескольких секунд дядя не отведет своего внимательного взгляда от ненавистных бумажек и не ответит на мой вопрос, то....