Тот, кто знает. Книга вторая. Перекресток
В причудливый узор сплетаются судьбы кинорежиссера Натальи Вороновой, следователя Игоря Мащенко и сибирского журналиста Руслана Нильского. Коренная москвичка Наталья живет в коммунальной квартире и опекает всех, кто нуждается в ее помощи, от пожилой одинокой соседки до рано осиротевшей девочки. Выросший в благополучной состоятельной семье Игорь становится следователем и волею случая соприкасается с загадочным убийством старшего брата Руслана Нильского. Руслан же посвящает свою жизнь тому, чтобы разобраться в тайне гибели брата и узнать правду о его смерти. Любовь, ненависть, случайные встречи, взаимные подозрения и искренние симпатии связывают этих людей. И только открывшаяся в конце концов истина расставляет все на свои места.
Почему ты такая упрямая, Наташенька?
— Меня мужчины и с сединой любят, — со смехом ответила Наташа, обнимая Риту.
Та моментально отстранилась и с подозрением уставилась на бывшую соседку.
— Мужчины — во множественном числе? Что это значит? Ты завела сердечного друга?
— Давно уже, лет десять назад, если не больше.
— Ах, ты об этом… — Рита безнадежно махнула рукой. — Пропащая ты душа, Наталья, никак человеком не станешь. Чтобы сохранять женственность и привлекательность, нужно флиртовать, крутить романы, изменять мужу. Надо чувствовать себя желанной и любимой.
Она звонко рассмеялась и полезла в шкаф за традиционной коробкой конфет. Наташа знала, что Рита изменяла своему мужу много лет, не переставая при этом нежно его любить, заботиться о нем и называть не иначе как «мой Брагин». Она была твердо убеждена, что брак придуман для обеспечения будущего детей, а любовники существуют для красоты, здоровья и хорошего настроения.
"Ровно в четыре часа Наташа вышла из салона и села в машину к Ганелину, стоящую на тротуаре прямо у входа.
— Привет!
Он протянул ей нарядный букет, обернутый в красивую шуршащую бумагу.
— Это тебе.
— По какому поводу? — удивилась Наташа.
— Сегодня ровно двенадцать лет с того дня, как мы познакомились.
— Так не круглая же дата! — засмеялась она.
— Дюжина. Десятичная система счисления — не единственная в этом мире. Предлагаю отпраздновать.
— Андрюша…
— Ничего не знаю и знать не хочу. — Он завел двигатель и вырулил на проезжую часть. — Ты сказала, что у тебя будет свободное время между посещением парикмахера и шестью часами. В моем распоряжении два часа. Имею я право ими распорядиться по своему усмотрению?
— Имеешь, — согласилась Наташа, пристегивая ремень безопасности. — Только, пожалуйста, без присущего тебе размаха, ладно? Скромненько посидим, выпьем кофе с пирожным.
— Где ж ты такое пирожное видела, которое можно два часа есть? Нет уж, дорогая моя, отмечать — так отмечать. Тем паче живой пример перед глазами, на прошлой неделе инаугурация Президента состоялась, и всем нам показали, как следует отмечать торжественные события.
— Да уж, — вздохнула она, — зрелище было то еще. Слушай, ты ведь врач как-никак, ну скажи, может здоровый человек так выглядеть и так говорить?
— Не может, — убежденно ответил Андрей.

















