Тот, кто знает. Книга вторая. Перекресток

Кроме того, она даже вопрос так поставить не может, чтобы муж и его родители не сочли ее корыстной хищницей, намеревающейся в случае развода претендовать на часть жилплощади. До тех пор пока Ира остается прописанной здесь, никто не даст разрешения на смену собственника квартиры, если не будет четко указано, куда выбывают все ее жильцы. Значит, при расселении необходимо получить квартиру и для Иришки.

— Ничего не выйдет, — сказала она, — Ирину нельзя оставлять без жилья.

— Хорошо, значит, будут четыре квартиры, но похуже. В любом случае этот узел надо развязывать, пока они там с ножами друг на друга не начали кидаться.

— Может быть, лучше уговорить Сашу жить с нами? — робко предложила Наташа. — Пусть Люся с Катей сами друг с другом разбираются. Мать и дочь уж как-нибудь договорятся.

— Тебе самой не смешно? — строго спросил Ганелин. — Ты готова оставить сестру с дочерью вдвоем в огромной четырехкомнатной квартире? Ради чего? Чем они заслужили такую благодать? Твои сыновья выросли, Наташенька, милая моя, пойми это наконец. Они скоро захотят жениться, им нужно собственное жилье. Или ты хочешь, чтобы Саша и Алеша приводили своих жен сюда и превращали эту квартиру в коммуналку? А Люся и ее дочь будут бродить по четырем комнатам?

— Знаешь, — слабо улыбнулась Наташа, — я бы, честно говоря, не возражала, если бы мои мальчики со своими женами жили у нас. Я привыкла жить в большой семье, мне это было бы в радость.

— Тебе — да, не сомневаюсь. А им? Ты уверена, что мальчики к этому стремятся? Ты уверена, что их женам это понравится?

— Ты прав, Андрюша, ты во всем прав, но…

— Что — но? Я чего-то не учел? Поправь меня.

— Я не знаю, что тебе сказать. Я только чувствую, что моя жизнь разрушается. Моя жизнь — это большая квартира, где живут мои родные и люди, которых я искренне люблю. Они все рядом со мной, я могу о них заботиться, и они тоже позаботятся обо мне, если что случится. Сначала умер папа. Потом Иринка вышла замуж. Потом умерла мама. Потом я переехала к тебе, но все равно оставалась рядом с сыном, с сестрой, с племянницей и с Бэллой Львовной. Потом умерла Бэллочка. Потом ты уволил Тамару и лишил меня ощущения, что я продолжаю заботиться о тех, кто остался на четвертом этаже, что благодаря моей опеке они накормлены и ухожены. А теперь ты хочешь, чтобы все разрушилось окончательно, чтобы мы все оказались в разных домах, на разных улицах, в разных концах города. Я не смогу так жить, Андрюша. Это будет уже не моя жизнь, не та, к которой я привыкла и в которой нормально себя чувствую.

Ганелин сел рядом с ней, обнял за плечи.

— Наташенька, я хочу кое-что тебе сказать, только сначала ты ответь на мои вопросы, хорошо?

— Хорошо, спрашивай.