Одинаковые. Том 2. Гимназисты

— Вот бы ещё посадить вдоль забора каких-нибудь кустарников для уюта, — заметил кто-то из наших, глядя на работы.

— В бане, — сообщил Иван Васильевич, — париться можно будет уже к концу недели."

"— Эх, — сказал Игорь Кузьмич, — скорей бы! Я, вон, даже веников навязал! — он показал рукой на сарай, где своими руками приготовил больше сотни веников для будущей парной, в основном из пихты и берёзы.

За столом царила теплая, по-настоящему дружеская атмосфера. Мы долго делились историями о путешествии по России, вспоминали все мелкие детали и смешные моменты. Гости слушали затаив дыхание, им хотелось прикоснуться хоть к рассказу о таком приключении. Особенно их впечатлили перипетии нашего пути из Владикавказа в Гори и обратно — нападение бандитов, перестрелки, другие опасности. Конечно, завершение этого этапа было не слишком удачным — речь о крушении поезда на реке Сестре, — но в целом мы выполнили всё, что задумали, и были этим по-настоящему довольны.

Вдруг со стороны улицы, через крепкую, массивную калитку, донеслись грубые крики:

— Эй, хозяева! Открывайте двери!

Кто-то с яростью забарабанил по дереву, продолжая орать что-то неразборчивое.

Мы с братьями в тот же миг напряглись, переходя в боевой режим. Лёшка молча метнулся в дом и вынес два заряженных винчестера с патронташами, а также по револьверу на каждого из нас. Кузьмич попытался нас остановить, но я рявкнул:

— Отойди, разберёмся сами!

Этого было достаточно, чтобы у тех, кто не видел нас в подобных ситуациях — инженера Дудка, студента Олега Расторгуева и даже у почтенного Свистунова — глаза на лоб полезли.

Мы подкрались к калитке, ещё раз услышав настойчивое требование открыть. Быстро рассредоточились по сторонам: Никита взял на прицел вход из винчестера, Лёшка аккуратно пригнулся, чтобы, если что, случайная пуля не задела его сквозь доски.

Калитка с грохотом распахнулась — щеколду выбили с силой ногой, и тяжёлая створка больно задела Лёшку по голове, он ушёл в перекат, откатившись в сторону. Перед нами стояли три здоровенных матерых бугая, по взгляду и выправке которых я сразу определил: это волкодавы, пришедшие явно не с добром. Их острые, прожигающие взгляды не оставляли сомнений — у этих ублюдков на уме были самые тёмные намерения…

Глава 21

Наши взгляды пересеклись, и главарь, что стоял на полшага впереди остальных, первым заметил у нас в руках наведённое на него оружие. На его лице показалась ухмылка, в которой читалось явное сомнение: мол, не верит он, что такие сопляки могут владеть серьёзными стволами.

— Щеглы! А ну, опустили стволы! — выкрикнул он с надрывом.

— Ты сначала представься, мил человек, — отрезал Никита, стоявший справа у входа.

— Вот ещё буду я перед вами отчитываться… Хозяев зовите! — бросил главарь, делая шаг внутрь.