Трофей для Зверя (СИ)
Когда война разделила два мира, в Милрадию пришел Зверь. Мелена пленила его, надела рабский ошейник и посадила на цепь, а потом поплатилась за это своей свободой. Теперь она в его власти, и каждый день только он решает жить ей или умереть. — Я всегда буду сбегать! Слышишь?! Всегда! — шипела она, пятясь к обрыву, — и ты не сможешь меня удержать. — Посмотрим, — лениво усмехнулся мужчина. Его спокойствие было обманчивым. Зверь внутри него был готов броситься вперед. — Лучше, спрыгнуть в море, чем оставаться рядом с тобой, — она опасно покачнулась на самом краю. Она отвлеклась всего на миг, и это стало ошибкой. В мгновение ока он оказался рядом, оттащил ее от края и толкнул на траву. — Я ненавижу тебя. Ты — чудовище! — Я знаю, — ухмыльнулся он, — и твоя ненависть взаимна
Интересно, куда она вела?
Мурлыкая себе под нос песню, которую напевала маменька перед сном, Мел скакала по дорожке, останавливаясь только чтобы понюхать росшие по бокам ярко-желтые цветы, или подобрать очередную ягоду, сверкавшую наливным бочком из-под сочных листов.
Сама не заметив как, она выскочила к болоту, над которым неспешно плыли обрывки тумана. Это место было ей знакомо. И та осина, которая склонилась над топью, и кочки, выглядывающие из мха. Они словно манили, приглашая отправиться в волшебное путешествие.
Мел не боялась. Она легко перескакивала с кочки на кочку, а тело привычно выбирало те, которые были безопасными.
— Кочка раз. Кочка два, — неуклюже взмахнула руками и тихо рассмеялась, — кочка три.
Ветер разгонял туману нее на пути и будто поддерживал, не позволяя оступиться.
— Кочка девять, — снова прыжок.
Остановилась на мгновение, чтобы перевести дыхание, и тут же взгляд зацепился за что-то яркое, наполовину прикрытое мхом.
— Это что? — Мелена подобрала валявшийся под ногами прут и, высунув язык от усердия, подтянула эту штуку к себе.
Сумочка. Маленькая и яркая, сшитая из разноцветных клочков ткани. Эта вещь тоже показалась ей знакомой, поэтому Мелена тщательно отряхнула ее от налипшей ряски и листьев, и повесила себе на плечо.
— Кочка десять.
Болотина закончилась так же внезапно, как и началась.
Мелена выбралась на твердую землю, потопала ногами, скидывая с легких сандалик налипшие комки грязи, и поскакала дальше. Через подлесок, изрезанный странными трещинами и дальше, туда, где в просвет между ровными стволами виднелась поляна, залитая светом.
Выскочив на нее, она остановилась и, громко охнув, прикрыла глаза ладонью. Солнце было таким ярким, что на миг она потерялась и зажмурилась. Потом аккуратно приоткрыла один глаз, второй, и наконец сморщившись, будто съела неспелую вишню, осмотрелась из-под ладони.
Большая поляна была сплошняком залита ромашковым цветом. То тут то там сквозь нее прорезались ярко-синие шапки васильков и желтые всполохи купейницы, а по краям причудливых трещин стелился темно-красный, как кровь боролист.
— Меленка пришла! — раздался звонких голос.
Чуть дальше, у подножья утеса, похожего на лосиные рога, на развалинах старой башни прыгали две девочки и махали ей руками.
— Мира! Софи!
Подхватив подол Мелена, бросилась к ним:
— Девочки!!!
Цепляясь за прогретые камни, Мел вскарабкалась на большой плоски валун и тут же попала в объятия.
— Мы так по тебе скучали!
— И я скучала.
— У нас тут маленький пир, — Мира указала на расстеленный платок прямо на камне платок. На нем лежали пышные булочки с маком, первые летние яблоки, желтые, как солнце, и целый кулек ягод.
— А я вот что нашла, — она стянула с плеча сумочку и протянула ее Мире.

















