Трофей для Зверя (СИ)

Когда она закончила, и безнадежно испорченная, покрытая бурыми разводами рубашка упала к ногам, руки вспотели и дрожали, голова кружилась, запах крови ощущался даже на языке.

Ей пришлось упереться руками в туалетный столик и стоять так, пока бешеный хоровод перед глазами не замедлился. Только после этого она смогла до краев набрать теплую купель, вылила туда два флакона со снадобьем — одно черное от заразы и воспаления, второе — красное от боли, и стиснув зубы, чтобы не закричать, опустилась в побуревшую воду."

"Спина пылала, словно к ней прижимали раскаленные над огнем пруты. Каждая полоса на коже пульсировала, взрываясь искрами боли, и откуда-то изнутри поднималось ощущение, что еще немного и вывернет наизнанку. Но Мел продолжала сидеть, покачиваясь из стороны в сторону и чуть ли не до крови кусая собственный кулак. Лишь когда вода стала чуть теплой, она выбралась из купальни, накинула на плечи ветхое полотенце и бережно промокнула спину.

В маленьком шкафчике нашлись бинты и средство для заживления — обычный набор воина. Понемногу зачерпывая прохладную мазь, Мел аккуратно прикасалась дрожащими пальцами исполосованной коже. Там, где снадобье попадало на рану — нестерпимо жгло, потом накатывал холод, и боль медленно затихала.

Ей удалось пройтись по бокам и плечам, но до середины спины, где болело особенно сильно дотянуться не могла. Сколько бы она ни крутилась перед зеркалом, ничего не получалось. От ее неуклюжих попыток снова вскрывались распаренные рубцы и из них сочилась кровь.

— Да какого черта, — огрызнулась она на свое собственное бледное измученное отражение, взяла бинты с вонючей мазью и вышла в комнату.

Кхассер встретил ее убийственно тяжелым взглядом.

— Мне нужна помощь, кот, — бросила ему банку со снадобьем, — подъем.

— Издеваешься? — процедил сквозь зубы.

— Даже не думала, — развернулась к нему спиной, перекинув через плечо мокрую, растрепанную косу, — приступай.

Мел слушала то, как он принюхивался — шумно, по-звериному, потом раздался шорох и звон цепей.

Маэс медлил.

— Наслаждаешься видом? — ухмыльнулась она, но голос жалко дрогнул, когда шершавые пальцы коснулись спины. Он обводил каждую полосу, щедро накладывая мазь, его прикосновения были жесткими, но вместе с тем томительно медленными. Мел чувствовала горячее дыхание на своем плече и изо всех сил старалась не дрожать.

— Бинты давай, — холодно обронил кхассер, отбросив в сторону пустую банку.

Закрыв глаза, Мелена позволила ему перевязать себя и даже не пикнула, когда он слишком туго стянул повязку. Только когда все было закончено, просипела:

— Я не забуду твоей доброты, андракиец. Спасибо.

Ее благодарность звучала как издевка, но ей было плевать.