Царский сплетник

Ага, смекнул Виталик, а карточки-то с подвохом, и тоже начал возбухать. Правда, делал он это гораздо умнее, продолжая разыгрывать свою партию.

— Нет, ну что такое? Почему ваш Джибес постоянно выигрывает? Так, Гюльчитай, ты раньше в очко играла?

— Нет, — проворковала Илаха, запуская шаловливые ручки под его рубаху. Жучок завистливо вздохнул. Испугавшись, что игривая мадам нащупает татуировку Парвати, Виталик легонько шлепнул ее по бедру.

— Раньше времени не балуй! До постели потерпи. Тут дела серьезные заворачиваются. Не видишь, продуваюсь. Так, тебе как новичку должно везти.

Играем втемную. Внимание, господа! Сейчас моя Гюльчатай скажет, когда мне остановиться.

Как раз подошла очередь играть Виталику против казино. Джибес начал метать ему карты и буквально на второй девица пришлепнула их ладошкой.

— Хватит!

Джибес начал раздавать себе, как и положено банкующему, выкладывая карты рубашками вниз. Первой выпала десятка, вслед за ней восьмерка. Джибес заколебался, посмотрел на юношу, но что-либо прочесть по его лицу было невозможно, так как хитрец играл вслепую и карт своих не знал. Крупье решился на третью карту и не сдержал разочарованного вздоха.

На этот раз выпал король.

— Перебор! — возликовал Виталик, — двадцать два!

— А у тебя что было? — полюбопытствовал Кощей.

Журналист вскрыл свои карты, и все, даже жутко недовольный сегодняшней игрой Гордон, дружно расхохотались при виде двух валетов, сиротливо лежащих на столе.

— Я тоже теперь играю вслепую!

— И я!"

"— И я!

— И я того же мнения, — промычал Гордон.

Однако игра вслепую удачи никому не принесла, и горка фишек около Джибеса быстро начала расти. Первым проиграл все свои фишки «царский сплетник» по имени Жучок.

Он потряс свою боярскую шапку над столом в надежде, что из нее что-нибудь выпадет, но там уже не осталось ни одной фишки. Оборотень жалобно посмотрел на Виталика, которого в тот момент шемаханская царица целовала взасос. Юноша не знал, преследовала этим Илаха какой-то свой собственный коварный план или он просто ей понравился, но эта ситуация его уже начала напрягать. Одно дело, когда он тискает девицу, и совсем другое, когда тискают его.

— Да погоди ты! — сдернул журналист с себя шемаханскую царицу.

 — Дай с братаном потолковать! Он же скоро весь наш общак угробит. Жди здесь, я сейчас быстро! — Виталик выдернул Жучка из его кресла и потащил за собой к двери, ведущей в номер для двух любящих сердец. — Господа, пару кругов без нас. Я сейчас быстренько братану мозги прочищу и вернусь. А ну пошли! Пошли, я кому сказал.

Виталик затолкал Жучка в комнату для интимных встреч, плотно закрыл за собой дверь и коротко распорядился:

— Раздевайся!

Оборотень покосился на шикарную постель и начал медленно спадать с лица.