Царский сплетник

— А…

— А то налог с тебя повышу до пятидесяти.

— Тьфу! Научил на свою голову бизнесу.

— Ну, вы закончили? — сердито прошипела Василиса.

— Еще нет, — поспешил уткнуться в газету державный.

— Опять! — простонала Василиса. — Заняться больше нечем?

— Да подожди ты, матушка! Всего три слова осталось. Сплетник, подскажи по-быстрому…

— Э нет, так не пойдет! — начал отнекиваться Виталик. — Своей головой думать надо.

— Да как ты смеешь, холоп! Я тебя на кол!

— Ни в коем случае! — заволновался боярин Жеребцов. — Мне всего два слова осталось отгадать. Пусть сначала приз выдаст, а потом можно и на кол.

А еще лучше отрубить руки по самую шею, чтоб не писал всякую фигню! Хотя тот анекдот про тебя…

— Что, — взревел Гордон, — про меня?! А ну, где тут анекдоты? — начал листать он газету. — Я же вроде их все прочитал…

— Там имелся в виду не конкретно ты, а некий абстрактный царь, — успокоил его Виталик, — так что не парься.

— А-а-а… ну да, читал. Забавно. Хотя могу и на кол посадить.

— Учту на будущее, — пообещал Виталик.

Вопросы в первом напечатанном кроссворде были очень легкие, а потому скоро его почти все решили, но не до конца.

Один, самый сложный, так и остался без ответа."

"— Любимое холодное оружие ближнего боя японских самураев и асассинов… любимое оружие… Ну, сплетник, ты загнул! — расстроился боярин Калита. — Кто ж такое отгадает?

— Да, вопрос с подвохом, — почесал бороду Гордон.

— Катана, — сердито буркнула Василиса. Чувствовалось, что царице-матушке этот цирк уже надоел. — Вписывай, получай свой приз и берись за дело.

— Не подходит, — огорченно вздохнул царь, — тут всего три буквы.

— Сай! — радостно крикнул боярин Надышкин, вписал последнее слово и воззрился на Виталия.

 — Это такой кинжал, у которого гарда с двух сторон загибается вперед параллельно клинку. Только это любимое оружие не честных самураев, а ниндзя. Неправильно вопросы ставишь. Ну, где твой приз, сплетник?

— Сейчас будет, — успокоил его Виталик, мысленно потирая руки, извлек из кармана массивный золотой перстень и только тут заметил стремительно наливающееся кровью лицо Гордона.

— Убью, сволочь!!! — Царь вырвал из рук сплетника приз, сорвался с трона и, потрясая скипетром, ринулся на боярина.

— Да что ж ты делаешь-то, царь-батюшка?! — взвыл Виталик.

Юноша одним прыжком настиг державного и повис у него на плечах.

— Его асассины меня на перо посадить хотели, а я с ним либеральничать буду? На кол мерзавца! — продолжал бушевать царь, пытаясь зарядить скипетром по лбу боярину, но Виталик не давал.

Воевода с двумя дюжими стрельцами подскочили к Надышкину и скрутили его в бараний рог. Федот растерянно посмотрел на царского сплетника. Тот отрицательно замотал головой.

— В тюрьму, — показал он глазами на дверь.