Царский сплетник

Ходит весь в коже, при пистолетах. — Виталик, словно невзначай, распахнул полы шубы с царского плеча и попытался почесать грудь, но рука уткнулась в перевязь с пистолетами, надетую на черную кожаную куртку. (Бояре тихо охреневали от такой наглости, выпучив глаза на оборзевшего сплетника.) — Ты уж на него не серчай, твое святейшество, у него просто с головой не все в порядке. А тут еще, понимаешь, Дон убогого обидел. — (Гордон при этих словах поджал губы и недовольно запыхтел.) — Подставил, сволочь такая, самого царского сплетника, то бишь меня, по полной программе. Надышкина зачем-то убил. Вот братишку моего обида взяла, и он начал зверствовать. На Дона охоту объявил. Этот сицилийский выкидыш теперь в Великореченске персона нон грата. Скоро мочить его конкретно будут. Из бизнеса братишка этого итальяшку уже выкинул, осталось только полюбоваться на цвет его кишок. Ой, не завидую я теперь Дону, — удрученно покачал головой Виталик. — Видел я сегодня братишку поутру — страшно был зол. Собирался со своей бригадой какого-то козла на правеж ставить. Сказал, что этот нехороший человек из заморских стран приехал Дона и еще каких-то редисок баблом снабжать, чтобы они Русь-матушку изнутри изменой черной подрывали, — импровизировал напропалую авантюрист. — Двадцать тысяч полновесных золотых на это дело вороги земли Русской не пожалели. Кстати, твое святейшество, а у тебя много денежек пропало? — невинным тоном спросил сплетник.

— Найн, литл… — забормотал епископ, — пардон… мало, совсем мало.

— Какое счастье! Значит, это был не ты. А то ведь брат мой отмороженный — ни в Бога, ни в черта не верит. Где найдет, там и замочит: хоть в сортире, хоть в храме святом, ему без разницы.

— Извините, ваше царское величество, произошло досадное недоразумение, — забормотал епископ, — позвольте мне откланяться и…

— Так у тебя, твое святейшество, больше претензий к варварской Руси нет? — перебил его Виталик, поднимаясь во весь рост.

— Какие могут быть претензии? Я же говорю, досадное недоразумение!

— А у нас, — подошел к трону Виталик и братски потрепал Гордона по плечу, — есть.

— Ка… ка… какие? — пролепетал епископ.

— Здесь тебе не там. За базар отвечать надо, — одарил епископа ангельской улыбкой Виталик. — Оскорбить хозяина в его же доме, Русь Святую варварской назвать — это ж все одно что в лицо царю-батюшке плюнуть. Статус дипломатической неприкосновенности на вас не распространяется, так что у Малюты, кажется, появилась работа.

— Благодетель!!! — завопил палач и кинулся к выходу из тронного зала. — Бегу дыбу настраивать!

— Боюсь, что поход на Святую Русь дорого вам обойдется, — сочувственно вздохнул Виталик.

— Сколько? — епископа зашатало.

Гордон расправил грудь и плотоядно улыбнулся.