Царский сплетник
Чем может заняться удачливый корреспондент, если судьба забросит его в сказочную Русь? Разумеется, начать работать по специальности. Однако амбициозные планы выпуска первой газеты на Руси практически под угрозой срыва. Да и когда Виталику серьезным делом заниматься, если на него столько всего навешано? Он и царский сплетник, и боярин, и глава ЦРУ (Царского разведывательного управления). А если учесть, что в свободное от основной работы время приходится подрабатывать крупным криминальным авторитетом (как иначе Кощея Бессмертного и таинственного Дона к ногтю прижать?) и заниматься такими мелочами, как постоянное спасение отечества от ворогов внешних и внутренних,— не то что на газету, на личную жизнь времени не хватит… Особенно если у тебя нет верной компании в составе озорной ведьмочки Янки Вдовицы, вредного кота Васьки, дворового пса Жучка и целой банды сухопутных пиратов.Содержание:Царский сплетникЦарский сплетник и шемаханская царицаЦарский сплетник и дочь тьмы
А там, глядишь, и на нужных людишек выйду, — азартно потер руки Виталий, — если хороший компромат на них заиметь, сами дорожку в родной Рамодановск покажут».
— Филька, чего хлебало раззявил? — донесся до него сердитый голос Семена. — Поджигай!
Из ворот вышла лошадь, таща телегу с бочкой. Семен вел её, держа под уздцы. За телегой спешили пираты. Уходили они тем же путем, каким и пришли. Виталий хотел было скользнуть следом, но потом решил, что ловчее будет в одиночку пробраться в Средний град и подождать их уже за воротами.
— Митяй, через два проулка тряпки с копыт сымай, — услышал он хриплый голос Семена. — Там ужо по-нормальному поедем.
«Как-то они по-дурацки все спланировали», — хмыкнул юноша и поспешил нырнуть в другой проулок, спеша опередить пиратов и первым добраться до ворот, отделявших Нижний град от Среднего. Придурки. Чем они вообще думают? За каким хреном склад подожгли? Тут сейчас такой кипеж начнется! Всех заметут. И Никвас тоже дурак, раз на такое пошел. Такое ощущение, что этот незнакомец, что с ним терки вел, его специально подставил. А что? Запросто! Ладно, с этим мы потом разберемся.
Впереди замелькали факелы стражников, несших караул у ворот.
— Идиот! — обругал себя юноша, торопливо стаскивая с головы бандану, — Щас бы с этим черепом да костями вляпался по самые не балуйся.
Царский сплетник затолкал бандану в карман, перевернул перевязь за спину, скрывая пистолеты под плащом, и, небрежно размахивая узелком, нетвердой походкой направился к воротам, старательно изображая пьяного.
Ворота были уже закрыты. Два стражника расхаживали около приоткрытой двери в рост человека, встроенной в ворота.
— О! — полез обниматься к одному из них Виталик. — Майн либен френд! Тьфу, блин! Камрад! — С языками у журналиста всегда были проблемы.
— Иди, иди отсюда! — замахал на него руками стражник.
— Кто там, Федька? — высунул голову из сторожки, стоявшей рядом с воротами, десятник.
— Матрос какой-то иноземный загулял.
— Да пропусти ты его, — махнул рукой десятник, — пусть идет на свой постоялый двор, отсыпается.
Благополучно миновав первый кордон, юноша винтом прошел вдоль улицы, завалился в ближайшую подворотню и моментально «протрезвел». Скоро зацокали копыта.
— Открывайте ворота! — услышал царский сплетник сердитый голос Семена.
— Кто такие? — строго спросил стражник.
— Охранники.
— Чего везете?
— Вино. Кабатчику Трофиму отвезть велено.
— Пропускай! — Это уже был голос десятника. — Меня предупреждали. Есть такой заказ.
Заскрипели, отворяясь, ворота. «Надо же, — удивился Виталий, — и тут все схвачено!»
— Давайте мухой туда и обратно, — приказал десятник, — До полуночи не успеете — пеняйте на себя. Ворота до утра на запоре будут.
— А нам ни к чему. Мы у Трофима на постое.