Цена искупления

Но в его взгляде читалась решимость.

Он не говорил ничего лишнего. Просто смотрел. Ждал. Как будто все уже решил за неё. И она вдруг поняла, что.… это не пугает. Это впервые успокаивает.

Рената опустила взгляд. Отказывать было бы глупо. В ее положении просто смешно ерепениться.

— Дайте мне минуту, — сказала она тише, чем хотелось, и принялась собираться.

Степан ждал за дверью, прислонившись к холодной стене коридора. Его ладони вспотели, сердце стучало, будто он снова оказался в дыму, только теперь — в эмоциональном. Он волновался, как никогда. Хоть виду и не подавал. Казался спокойным, собранным, но внутри... внутри бурлило.

А если она откажется? Если испугается? Если решит, что он хочет чего-то другого? Он не знал, как объяснить, что у него нет никаких планов. Только чувство простое, прямое, необъяснимое. Ответственность. Не за спасенную жизнь. За неё.

Рената не отказалась. Он помог ей донести пакет, открыл перед ней дверь такси, придержал за локоть. Не навязчиво — бережно. В салоне они ехали молча. Водитель слушал радио, но ни один из них не слышал ни слова. Степан краем глаза смотрел, как она держит сумку, и как напряжены ее пальцы. Хотел что-то сказать. Не решился.

Квартира встретила тишиной. Простой, почти холостой уют: чистые стены, старая, но добротная мебель, запах свежести и.... одиночества.

Степа помог своей гостье раздеться у входа, повесив ее куртку на крючок, а пакет с вещами поставил на табурет у стены.

— Кухня налево, ванная напротив, — пробормотал он, будто от волнения забыл, как правильно говорить. — Комната твоя — там, — он кивнул в сторону дальнего прохода. — Ключи сейчас найду.

Достал из ящика ключи, принадлежавшие Елене и положил на комод.

Рената молча прошла вглубь квартиры, прикоснулась к подоконнику, к спинке дивана. Все здесь было простым, но с каким-то странным, неуловимым теплом. Ни запахов, ни следов женщины. Лишь легкая пыль и тихая тень одиночества в углах. Она поняла: он здесь правда давно не жил.

— Здесь тихо, — сказала она, почти себе под нос. — Даже слишком.

— Можешь включить музыку. Или телевизор. Или просто… говорить, — отозвался он, усевшись на краешек кухонного стула. — Я слушаю."

"Рената обернулась, посмотрела на него. В его глазах не было ни тени давления, ни капли желания. Только ожидание. Только тишина и странное, почти неуловимое принятие.

— Это ваша жена? — Рената кивнула на фотографию.

— Да, — Степан едва уловимо напрягся, но всё же решил пояснить. — Елена здесь больше не живет.

— А если она вернётся?

— Она никогда не вернётся….

Рената слабо кивнула. Прошла вглубь квартиры, но остановилась у дверного проема. Обернулась.

— Спасибо. За всё.

Степа кивнул в ответ, не доверяя голосу. Главное он сделал. А что будет дальше, покажет время.

— В общем располагайтесь.