Цена вопроса. Том 1

Итог – десять трупов, из них восемь – криминальные, один суицид и одна смерть от передоза. Из пяти эпизодов прошлого года одно убийство раскрыто (в Тавридине), два – во Дворецке и в Елогорске – не являются криминальными, и еще два (Серебров и Шолохов) – «висяки», которыми, похоже, никто уже и не собирается заниматься. Из пяти эпизодов года нынешнего криминальные все пять. И перед Романом Дзюбой вовсе не стоит задача раскрыть эти последние убийства, ибо преступник отлично известен: Игорь Вадимович Песков. Ему нужно (всего-то навсего!) выяснить внутренний механизм, согласно которому Песков принимает решения, и вычислить место его следующего удара.

Конечно, хорошо бы найти Пескова там, где он сейчас находится, но это, скорее всего, нереально, поэтому надо постараться хотя бы перехватить его в том месте, куда он потом направится. Вся проблема в том, чтобы понять куда.

Если вообще это Песков, а не кто-то совсем другой… Но раскрывать убийства на чужой территории Дзюбе в любом случае не нужно, никто ему этого и не позволит.

Роман открыл в компьютере карту и взял листок бумаги: надо первым делом попытаться составить схему движения Пескова по расстояниям и по срокам.

На карте он прочерчивал траекторию, на бумаге записывал даты.

– Роман… – послышался осторожный голос Анны.

– Гудвин, – строго поправил он, не отрывая глаз от экрана.

– Ну да, Гудвин… Тебе не будет мешать, если я на кухне включу аудиокнигу?

– Конечно, включай, – рассеянно кивнул Дзюба.

Анна скрылась в кухне, притворив дверь. Смешная она… Никогда в жизни у капитана Дзюбы не было отдельного кабинета, в котором можно было бы предаваться размышлениям в тишине и покое.

Он привык думать на ходу, на бегу, в помещении, где все время кто-то разговаривал и что-то происходило. Разве может ему помешать какая-то аудиокнига? Звукоизоляция в доме, разумеется, не идеальная, и при определенном напряжении слуха можно даже различить отдельные слова, произносимые актером-чтецом, но если не акцентироваться на этом, то и не мешает вовсе. Интересно, почему Анна не пользуется плеером с наушниками? «Спрошу при случае», – решил Роман, возвращаясь к схеме.

Картина получалась странноватой. От Шолохова до Дворецка – приблизительно 1700 километров, временной интервал между убийствами – почти два месяца. От Дворецка до Елогорска 990 километров, и интервал снова почти два месяца. От Елогорска до Тавридина – 1450 километров, и чуть больше месяца. А вот в самом начале схемы – что-то странное. Первое убийство в Сереброве, и уже меньше чем через месяц – второе, в Шолохове, расположенном совсем рядом, всего в 60 километрах.