Цена вопроса. Том 1

Допустить ошибку – не стыдно. На самом деле, Мышонок, если как следует вдуматься, то в этой жизни крайне мало вещей, про которые с полным основанием можно заявить, что «это стыдно». Крайне мало, – повторил он задумчиво, снова бросая взгляд на пульсометр: показатели его не порадовали. – Люди разбрасываются словом «стыдно», вешают этот ярлык направо и налево, щедро так, от широкой души. Лучше б они благотворительностью занимались с такой же щедростью.

Ему казалось, что он ответил на вопрос, и Роман собрался было продолжить упражняться, но Анна не унималась.

– А приведи, пожалуйста, пример, что, по-твоему, действительно стыдно?

– Пример… – он задумался. – Пообещать человеку помощь, обнадежить, уверить в том, что ты поддержишь, а потом струсить и сбежать без предупреждения. Вот это стыдно. И мерзко.

– Значит, трусость – это стыдно?

– Нет, – Дзюба покачал головой. – Трусость – это просто проявление слабости, страха за себя, за свою жизнь и за жизнь близких. Это естественно для человека и потому не стыдно. А вот пообещать и сбежать без предупреждения – совсем другое дело.

Анна встала, подошла к нему, с любопытством разглядывая, как будто видела в первый раз.

– И откуда ты такой умный взялся? Сам додумался?

– Да прямо-таки! – от души рассмеялся он. – Спасибо добрым людям – подсказали, научили.

В дверь постучали, на пороге возникла крепкая фигура Никитича.

– Там повар приехал, спрашивает, к которому часу ужин готовить и на сколько персон.

К которому часу… Хороший вопрос. Про число персон – вопрос еще лучше. Знать бы, когда вернутся жених с невестой, да и вернутся ли вообще.

– Нас будет четверо, – решительно ответил Роман.

– Понял, – коротко кивнул Никитич и исчез.

Дзюба доделал цикл упражнений, мысленно упрекнул себя за недостаточно хороший результат – нужная для стрельбы частота дыхания восстанавливалась не так быстро, как хотелось бы – и снова взялся за материалы. Итак, 17 мая 2015 года… железнодорожные пути за вокзалом… Леонид Борискин, 25 лет, менеджер логистической компании… родился в Сереброве, там же закончил школу и учился в институте… девушки… друзья… родственники… биллинг… распечатка сообщений, сохраненных на мобильном телефоне… сообщения в соцсетях… 17 мая 2016 года, Галина Лычкина, 48 лет, безработная, бездомная алкоголичка, живущая вместе с другими бомжами в одном из подвалов складского строения… опрос тех, с кем она проживала и заливалась водкой… конфликты… родственников нет… знакомых нет… биллинга и всего, что связано с Интернетом, само собой, тоже нет…

Ничего нового.