Ты теперь моя

Это невероятно, но после прошлой охоты у меня сложилось впечатление, что он зрительно способен замерить мой пульс и безошибочно поймать настрой. Честно говоря, в какой-то момент хочется долбануть о землю ружьем и самовольно направиться к машине. Но, увы, я знаю, что этот закидон не сработает. Мы не уедем, пока он не посчитает нужным. И команду легавым не даст, если будет сомневаться в моей готовности.

Маячить тут до вечера в мои планы вовсе не входит, поэтому я очень стараюсь поймать нужный внутренний баланс.

— Слушай. Наблюдай. Не спеши.

Когда звучит команда, и пернатые взмывают ввысь, не позволяет выстрелить при первой возможности.

Надавливая на ствол, опускает его вниз и качает головой. Глядя на абсолютно хладнокровного Саульского, незаметно для самой себя выдыхаю и расслабляюсь, хотя, кажется, каждая мышца приходит в напряжение.

— Ты не успеваешь прицелиться и прикинуть погрешность, которую дает движение, — качает головой. Втолковывает с расстановкой: — Выбираешь мишень. Учитываешь внешние факторы. Целишься. Стреляешь. Только так.

И снова долгая проходка, зудящее ожидание, полная концентрация.

Вскидывая ружье, целюсь дольше, чем обычно, но успеваю в самый пиковый момент.

Разрывной звук выстрела сменяют всполошенные крики крякв. Всепоглощающий триумф взмывает вверх по моей груди, когда я вижу, как в воздухе разлетаются перья. Это результат моих действий! Саульский в этот раз не стрелял.

Сама бегу к речке. Не могу поверить своим глазам. Не две, конечно. Но первая есть! Падая на колени, обнимаю на эмоциях несущую добычу гончую.

— Ура! Ура! Мы это сделали!

Оборачиваясь, с широченной улыбкой наблюдаю за неторопливым приближением Сауля. Он ловит мой взгляд, и… уголки его губ приподнимаются.

Я задыхаюсь на вдохе, наслаждаясь этой редчайшей эмоцией на его лице и тем теплом, с которым он на меня смотрит.

— Умница, девочка.

— Ты меня хвалишь? Или Альму?

Это откровенное кокетство с моей стороны. Меня переполняет немыслимое количество чувств, сдержать их попросту не могу!

Саульский не отвечает. Но это и не нужно. Мы едем домой. Он доволен и настаивать на «двойке» не пытается.

— Сейчас отдохнешь.

Однако сонливость меня уже отпустила. Кровь переполняет адреналин. Я мысленно прокручиваю свой успех снова и снова.

Вроде как даже радуюсь тому, что Рома обещает на следующие выходные еще раз выехать на охоту.

Дома он остается с парнями на первом этаже, а я сразу же поднимаюсь в его спальню. Теперь она наша общая. Быстро приняв душ, надеваю свежее белье и домашний костюм. Звоню папе, чтобы справиться о его самочувствии и общем настроении. Он держится бодрячком, много шутит и смеется, хотя голос звучит прерывисто и местами сдавленно.

— Да, у меня тоже все отлично! Учеба нормально, и настроение — порядок.