Ты теперь моя

Не знаю, как это происходит, но я вдруг тянусь к Саульскому и чмокаю его в губы. Отстраняюсь и замираю. Несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза, не моргая. Я сдаюсь первой, скрывая замешательство, как ни в чем не бывало, продолжаю:

— Тоню с папой оставлю. Пусть сопротивляются, сколько хотят! Нет — уволю! Ну, пригрожу, конечно, — смягчаю голос. Подтягивая еще один пакет, извлекаю из него толстый плед. — Тебе нравится этот цвет? По-моему, очень приятный, — улыбаюсь при виде его хмурого лица. — Рома?

— Я не разбираюсь в таких вещах.

— Ну, чисто субъективно? Какой цвет лучше? Этот, или надо было взять темно-серый?

У Саульского взгляд оторопелый, будто я подговариваю его котят топить.

Хотя, вероятно, и это для него не столь ужасно, как то, что я устроила в нашей спальне базар.

— Темно-серый.

— Черт! Почему? Этот же красивее, — искренне расстраиваюсь я. Но заметив, как жестко двигаются челюсти мужа и трепещут на вдохе крылья носа, милостиво сворачиваю разговор: — Ладно. Может, завтра еще тот куплю… Или… Я еще в Togas не заходила… Надо бы заглянуть…

Отставив покупки, на мгновение застываю в позе лотоса неподвижно.

Дзен ловлю, ага. А потом, вдавливая локти в колени, подпираю кулаками лицо. Глядя в одну неопределенную точку в углу комнаты, протяжно вздыхаю, прикидывая план на следующий день.

Сегодня произошло кое-что очень странное. Я носилась по торговому центру с Чарли на хвосте. Было многолюдно, что неудивительно, учитывая приближающиеся новогодние праздники. Кто-то схватил меня за руку. Я машинально остановилась и, подняв взгляд, увидела совершенно незнакомую мне женщину. Черные глаза просканировали меня, будто в душу пролезли. Холодом обдало, да таким, что сразу озноб по коже прошел.

— Ты очень сильная. Можешь подчинить любого. Весь город. Только не его. С ним не воюй. Проиграешь.

Не успела я возмутиться, как Чарли отсек экзотическую даму в сторону.

— Тебе что сказано было? — рявкнул он. — Шуруй отсюда, пока цела…

Она укрыла его матами и скрылась быстрее, чем я сообразила, как реагировать.

— Кто это был?

— Местная сумасшедшая.

Ситуация настолько меня шокировала, что я даже проигнорировала то, что он со мной заговорил.

Уложив приятные переживания, связанные с приездом отца, я, наконец, пересказываю Саульскому этот инцидент.

Он слушает меня с каменным лицом, вообще не выказывая никаких эмоций относительно произошедшего, и мой энергетический запал быстро идет на убыль. Вероятно, Чарли сам успел все рассказать, и Роме просто неинтересно то, о чем я говорю.

— Макару следует лучше выполнять свою работу.

— Дело не в этом…

— Не волнуйся, Юля. Если нужно будет, отдам тебе еще Костю.

— Какого еще Костю? Не хочу я никого! Только к Чарли привыкла…

Он протяжно вздыхает и проводит ладонью по лицу.