Ты за моей спиной (СИ)
Он смотрит на меня. Я замираю, потому что мне страшно. Но глаз не отвести. Он держит меня, изучает, рассматривает. Этот мужчина пугает меня до дрожи. Молчание затягивается. Нужно что-то сказать. Но я не могу. Язык точно прилипает к небу. — Надия… Мухтаровна, вы обронили, — слышу его голос, меня словно парализовало страхом. Вижу его кривую усмешку. Мужчина тянет ладонь к моему лицу и убирает пряди волос, упавшие на глаза. Его руки все еще удерживают меня. Горячие пальцы твердо лежат на пояснице. Кожа горит от этого касания. И глаза. Они тоже обжигают. Но всего секунду. А после в потемневшем взгляде невозмутимость и лед. Какой ты настоящий, Белый? Это маска? А что под ней?
Не верю в происходящее. Прокручиваю в голове сотни сценариев нашего с ним разговора. Ни один не подходит. Все не то. Не так.
– Если нужно, я отвезу..., – заговаривает он. Чувствую, как матрас перестает прогибаться под весом мужского тела.
– Нет! Стой! – вскрикиваю я, открываю лицо, не могу сдержать слез, умоляю взглядом, жестами, словами: – Не уходи! Не оставляй меня!
Меня сносит ураганом. Крепкие жадные руки стискивают плечи. Вскидывают меня так, что я теперь сижу на мужских коленях, прижатая к огромному торсу.
Пальцами цепляюсь за одежду Белого. Щекой вжимаюсь в широкую грудь.
Шепчу что-то бессвязное. Какой-то бред. Но молчать не могу.
Чувствую, как дрожит от напряжения его спина. Как рвано он дышит в мою макушку.
Его руки гладят мой затылок, плечи, комкают ткань моей рубашки.
Не могу ничего поделать с собой. Рыдаю. Громко. Навзрыд.
Скольжу ладонями выше, обхватываю крепкую шею, затылок. Щеку колит щетина.
– Федя... Феденька! – рвано шепчу, всхлипываю.
Короткие жадные поцелуи покрывают мое лицо. Мои губы не хотят слушаться. Не могут остановиться. Вожу ими по смуглой коже, куда могу дотянуться.
Замираю. И он тоже.
Федя тяжело дышит. Сжигает меня взглядом. И я смотрю в его глаза.
Наш первый поцелуй со вкусом моих слез. Твердые губы осторожно касаются моих. Раздвигают их. Я покорно впускаю его. Крепче сжимаю ладони. Закрываю глаза.
Боюсь упасть в пропасть.
Как же сладко... как же хорошо...
Я покорно принимаю все, что дает мне он.
Мой любимый. Мой Белый. Мой Феденька."
"Наш поцелуй набирает обороты. Задыхаюсь. Легкие разрывает от дефицита кислорода. Но я не могу отстраниться. Лучше смерть, чем остаться без его губ и рук.
Далеко не сразу я слышу стук. Мое сердце колотится, как ошалелое.
Нет. Это не сердце. Кто-то стучит в распахнутую дверь.
Федя прижимает меня к своей груди, закрывая от нечаянного свидетеля.
Я боюсь открыть глаза. Мне не стыдно, нет. Просто вдруг это все – мой сон. А я не хочу просыпаться.
– Интересно у вас здесь, – слышу знакомый, немного насмешливый голос.
Я не разжимаю рук. Сгребаю ими Федину футболку в кулаки.
Нет. Не отдам. Не отпущу. Мой!
– Думал, ты спеца отправишь, – роняет Федор, обнимая меня, гладит по волосам, затылку.
– Решил лично сопроводить доктора, заодно проверю, куда сливаются деньги из бюджета, – поясняет Вратислав Барновский. И я все же решаю выглянуть из своего укрытия. Сталкиваюсь с насмешливым взглядом мужа подруги. – А говорят, ты на каком-то там фестивале калача. А у вас тут и без фестиваля веселье.
– Здравствуйте, Вратислав Павлович, – негромко сиплю я.
– Непорядок, Белый, – цокает Слава. – Довел девчонку до такого состояния. Мне теперь придется еще и больничку инспектировать.
– Это не Федя..., – начинаю возражать я. Федор не виноват.
Похожие книги
Мысленным взором
Залог на любовь
Хаски и его учитель белый кот. Том III
В плену Зверя
Клубничное искушение для майора Зубова
