Лжец. Мы больше не твои (СИ)

Тело все еще подрагивает, меня какой-то тремор желания накрывает, но его слова действуют подобно кускам льда, которые летят в меня…

Дергаюсь под Вадимом, хочу скинуть его массивное тело с себя, а еще просто хочу убраться в ванную и поплакать, как было в самый первый раз, когда Петр разложил меня на постели и быстренько лишил девственности. Что называется, на скорую руку. Он опаздывал на самолет, а я провожала своего жениха.

Он хотел секса с первых дней, но я тянула, а тут… меня будто к стенке поставили и ультиматум предъявили.

– Выбирай, Нина… Мы обручены, а ты все еще в целках ходишь… Я мужик, и мне нужен секс.

Тогда наивная девчонка рассудила, что Петр прав, и отдалась. Быстрый секс, неприятные ощущения, не то, чтобы боль… а потом я закрылась в туалете дома, а Станиславский улетел…

– Кажется, я выбрал не ту тактику. Заканчиваем с разговорами.

Сильный толчок вновь вызывает вскрик. Очередь из мощных ударов возвращает меня в реальность, и я начинаю испытывать острый дискомфорт от глубоких толчков.

Впиваюсь пальцами в спину Царева и царапаю его с силой.

– Вот так… Да… возвращайся ко мне, Нина… Покажи, какая ты чувственная кошечка…

Рычит и начинает сильнее проникать, не щадит уже, в какой-то момент мои руки хватает и пришпиливает к подушкам, подставляет мое тело под свои остервенелые толчки, впивается губами в мою грудь, играет языком, и наслаждение переполняет меня. Там, где наши тела соприкасаются, будто жар поднимается.

Мне кажется, что у меня кровь в лаву превращается, она течет, пока я плавлюсь и мечусь под своим любовником, и впервые я чувствую желание, моя чувственность будто просыпается после спячки, перед глазами вспыхивают искры.

Вадим сплетает наши пальцы и все, что он делает, вызывает во мне отклик, я чувствую, как глубоко внутри меня будто закипает что-то новое, неизведанное, тело натягивается подобно тетиве лука, которая под сильным толчком Царева разрывается, и я кричу, срываю голос, хриплю и улетаю в какое-то продолжительное наслаждение, которое скручивает все тело и лишает дыхания…

Я бьюсь в конвульсиях, остро-сладких, таких нереальных, что у меня из глаз прыскают слезы, и черная пелена неги накрывает, отправляя меня в какой-то чувственный нокаут и невесомость…

Глава 11

Я лежу на груди мужчины, чувствую размеренное дыхание и биение его сердца, пальчики выводят узоры на широкой груди.

То, что произошло между мной и Царевым – оглушило меня, убило и возродило вновь. Это не просто секс. Это как откровение. Понимание, что между мужчиной и женщиной может быть такое чудо…

Нереальное волшебство и эйфория, когда летаешь и падаешь, разбиваешься и взмываешь вновь.