Лжец. Мы больше не твои (СИ)

Никогда бы не подумала, что мужчина, которого я видела в идеальных костюмах, может выглядеть мальчишкой в одних приспущенных штанах, которые демонстрируют яркие ямочки Венеры, те самые две яркие отметины сексуальности…

Вадим разворачивается, и я торопливо поднимаю глаза, которые сразу же приковывает пах мужчины с весьма внушительным достоинством, которое сейчас скрыто от моих глаз.

Тарелка ложится передо мной, а я опускаю взгляд, и во рту слюнки скапываются.

– Напомни, ты сказал, что не умеешь готовить? – рассматриваю кулинарный шедевр.

Вадим лишь улыбается.

– Ешь, Нина.

– Мне домой надо, к малышам, – отвечаю и смотрю в глаза Цареву. Прищуривается. Качает головой.

– Мы подумаем о том, как поступить, учитывая угрозы твоего мужа, – отвечает медленно и берет вилку, затем бросает острый взгляд на меня, – с такими, как этот ублюдок, нужно продумывать все шаги и рассчитывать ситуацию. Но пока тебе нужно поесть, не стоит отравлять еду отрицательными эмоциями и пустыми разговорами. Действия требуют обдуманности. Сейчас не время для разговоров.

Нанизывает кусочек бекона на вилку и отправляет в рот, а я удивляюсь тому, как стремительно меняется Вадим. Разгон от веселого парня до холодного дельца за несколько секунд.

– Пустых разговоров? – переспрашиваю ошалело, я не улавливаю логику этого мужчины, который совершенно спокойно ест и подает мне пример своим спокойствием.

– Именно, – отвечает односложно, а у меня будто аппетит пропадает, показательно отталкиваю от себя тарелку.

Отслеживает это движение. Поднимает на меня свои желтые звериные глаза.

– Ты, кажется, меня не понимаешь, – выговаривает ровно и кивает своим мыслям, – в любом случае прямо сейчас мы с тобой решим один важный вопрос относительно нас с тобой.

– Нас с тобой? – переспрашиваю и ощущаю, как у меня сердце сжимается. По холодному лицу Вадима я не могу понять, что он мне сейчас скажет, но боязнь услышать нечто страшное поднимается и набирает обороты.

Я готовлюсь услышать что-то типа – “да, малыш, все было классно, мы с тобой давно знакомы, как выяснилось, но как бы помогать тебе - уж извини, а постель можно и повторить…”

Наверное, так бы поступил Петр, он бы воспользовался правом мести, покувыркался бы с женой конкурента, которая загнана в угол, и выдвинул бы свои ультимативные условия.

Внутренне на меня накатывает паника, но внешне я леденею, спина вытягивается так, что я каждый позвонок чувствую, а Царев говорит совершенно спокойно:

– Да, нас с тобой. Нина. Пока ты не придумала себе, не знаю, чего, я скажу четко. Надеюсь, ты услышишь меня. С этого дня – ты моя женщина.