Удар «Молнии»

Однако трудно было кого-либо отыскать в этом «шанхае»: людей крутило по районам, как в водовороте.

«Тройка» Шутова подготовила в Знаменском неплохую базу. На подставное лицо здесь был куплен каменный двухэтажный дом с усадьбой и хорошими подходами в любое время суток. При хорошем раскладе сюда можно было давно уже перетащить все спецподразделение, чтобы затем постепенно перебрасывать его в Грозный. Однако существовало незыблемое правило — начинать подготовку к операции лишь после того, как четко сформулирована и доведена до личного состава основная задача и есть несколько проработанных до виртуозности вариантов ее решения.

«Молния» должна действовать, как молния, соединяя электрическим ударом две выверенные и самые близкие друг к другу точки на земле и в небе. Иначе весь гром — впустую…

Весь август генерал прожил на базе один, постоянно проверяя, нет ли наблюдения за домом, и когда сюда перебралась разведгруппа, эти обязанности он возложил на Отрубина. И тот через неделю засек слежку: кто-то наблюдал за усадьбой с крыши консервного завода, расположенного на соседней улице.

Это могли быть и свои, если можно назвать своими разношерстную оппозицию, имеющую нечто вроде службы безопасности. Но возможно, за домом установили круглосуточное наблюдение спецслужбы Диктатора или… «грушники», призванные Мерседесом: в этом дурдоме было возможно все! Отрубин сразу же наладил радиоперехват и хотел забросить на крышу консервного завода пару микрофонов, как наблюдатели внезапно исчезли вместе со своей оптикой.

На следующий же день, возвращаясь домой пешком, дед Мазай вошел во двор и тут же почувствовал присутствие человека.

Отрубинские мужики рыскали по району, в доме никого не должно быть… Он отступил к невысокому заборчику, за которым был сад, и потянул из-за пояса пистолет.

— Здорово, Серега! — послышался из-за крыльца громкий шепот. — Здорово, тезка! Ничего себе гостей встречаешь. А с виду — типичный газетчик…

— Кто тут? — спросил генерал, хотя уже догадывался кто…

— Дрыгин, да ну тебя! Убери ствол. Ну что, мне руки поднимать?

Дед Мазай плюнул, спрятал пистолет и пошел на голос.

Это был личный телохранитель Чеченца, однокашник генерала по школе КГБ, ради которого пришлось бегать по горящему Дому Советов четвертого октября.

— Ты здесь со своим шефом? — сразу же спросил дед Мазай, едва переступив порог. — Ну, говори?

— Ух, ты и нервный стал! — засмеялся тот. — Сначала скажи мне, рожа ты эдакая, как это ты воскрес? Я ведь на могиле твоей был! Водку пил, поминал, а ты, гад, живой! Только нервный!

— Значит, с шефом, — облегченно заметил генерал.