Укрощение Рики (ЛП)

— Да, именно так. Продолжай… не останавливайся. — Каждый вдох давался Рики с трудом. — Святые яйца, я сейчас, на хрен, кончу!

Выгнувшись всем телом, монгрел с полузадушенным воплем достиг разрядки. Окатив фонтаном спермы и себя, и Ясона, Рики сомлел на постели, полностью расслабленный и готовый принять в себя хозяина. Блонди вошел в него с резким вдохом — внутри пета было все еще на удивление тесно.

— О, Рики! — выдохнул Ясон, целуя его шею и одновременно толкаясь вперед."

"Несмотря на секс-марафон длиной в целую ночь, Ясон обнаружил, что хочет своего монгрела так же сильно, как в первый раз, и внутри пета было… так хорошо…так жарко… так узко.

Злость и обида только подстегнули желание, и блонди начал входить в него резкими, сильными толчками, сопровождая их короткими рычащими звуками. Он был в бешенстве от поступка монгрела, но старался до поры не дать выхода гневу — чтобы потом выпустить его на волю сразу и без остатка. Пет непременно получит все, что ему причитается. Монгрел даже не представляет, какую яростную стихию он разбудил. Блонди уже не мог дождаться назначенного дня, когда заставит его заплатить сполна за вопиющее злоупотребление доверием хозяина. Сначала он основательно накажет своего пета, потом столь же основательно оттрахает. Еще до исхода ночи тот будет на коленях молить о милосердии.

Ясон ломился внутрь, как одержимый, он так же неистово жаждал обладать сердцем своего пета, как и его телом, и эта жажда, мешаясь с ревностью и гневом, придавала наслаждению оттенок мучительной агонии.

====== Глава 22 Судный день (часть 1) ======

Ожидание наказания гораздо мучительней самого наказания — эту истину Рики познал на собственной шкуре.

Каждый день он так и сяк прокручивал в голове слова Ясона — «со всей возможной суровостью», — пытаясь представить себе, какая подлянка за ними скрывается и чем грядущее наказание будет отличаться от всех прочих головомоек, которые устраивал ему взыскательный хозяин. Это каким конченым извращенцем надо быть, чтобы не считать их суровыми! Но сильнее всего монгрела беспокоило отношение Ясона: с той памятной ночи он намеренно держался на расстоянии. Не то чтобы блонди к нему охладел, но от их былой близости не осталось и следа; казалось, они снова стали всего лишь хозяином и петом.

С самого первого дня все и началось. Придя домой, Ясон не подозвал Рики и не усадил, по своему обыкновению, к себе на колени — привычка, к которой монгрел уже успел пристраститься. Вместо этого блонди расположился в своем кресле и, потягивая вино, надолго углубился в какой-то журнал, пока пет наблюдал за ним с балкона. Рики не отважился проявить инициативу, не зная наверняка, почему хозяин так себя ведет и в каком расположении духа находится. Наконец блонди отложил журнал в сторону.