Укрощение Рики (ЛП)

Он свято верил, что всякое воспитание должно начинаться со словесного воздействия и подкрепляться воздействием физическим, и со вкусом распекал своего пета и расписывал предстоящее наказание в самых зловещих тонах.

— Ты горько пожалеешь, что не послушался меня, — выговаривал он монгрелу, потягивая вино. — Рауль сделает из тебя отбивную этой лопаткой. Ты что, уже позабыл, как сильно ее ненавидишь? Помнишь, как умолял меня прекратить? Вспомни-ка, что я тебе пообещал, если ты вынудишь меня обратиться за помощью к Раулю!

Рики пожал плечами, изображая полнейшее безразличие.

— Я пообещал, что позволю ему ударить тебя столько раз, сколько он пожелает. И, насколько я знаю Рауля — а я, уж поверь, отлично его знаю, — ты вляпался в грандиозные неприятности, Рики!

Пет невольно содрогнулся. Сейчас он желал только одного — чтобы блонди прекратил, наконец, живописать его мрачное будущее.

— Должен признать, мне доставит немалое удовольствие наблюдать, как ты получишь всё, что заслужил, — доверительно прошептал Ясон.

«Потому, что ты грёбаный извращенец», — подумал Рики, благоразумно держа свое мнение при себе.

Пока что стоило поразмыслить о предстоящей ночи. Отмазаться от лопатки, увы, не удалось, но внезапно монгрел вспомнил, как было больно, когда Рауль его трахал. Если бы найти способ хоть как-нибудь подготовиться…

— Хозяин Ясон?

— Да? — Блонди улыбнулся в ответ на очередную попытку пета умаслить его смиренным обращением.

— Можно мне… подержать усмирительную трость?

Ясон удивленно моргнул.

— Это еще зачем?

— Хочу поразмышлять над своими прегрешениями… и порадоваться, как мне повезло, что ты не надумал меня ею выпороть.

С улыбкой на губах блонди какое-то время изучал своего пета.

Тот явно что-то замышлял, но что — пока было непонятно. Решив ему подыграть, Ясон встал, принес трость и торжественно вручил ее монгрелу.

Рики взял орудие усмирения, глядя на хозяина огромными глазами.

— А можно мне еще… немного масла?

Откинув голову, Ясон расхохотался во все горло.

— Всё ясно. Хочешь встретить сегодняшний вечер во всеоружии, так?

— У него самый здоровенный дрын, какой я только видел! — пробормотал Рики. — Даже крупнее твоего.

— Значит, всё, что ты мне тут наплёл про размышления над своими проступками — наглая ложь?!

— Ну, не совсем! — возразил монгрел.

— Вот засуну эту хреновину себе в задницу, тогда и поразмышляю от души.

Блонди подумал, что будет забавно посмотреть на жалкие потуги пета растянуть себя для Рауля. Он выдал Рики флакон с маслом и поудобнее устроился в кресле, ожидая начала представления.

Монгрел тщательно смазал конец трости, затем, не в силах сдержаться, с содроганиями и стонами еще немного помучил свой член. Желание кончить становилось невыносимым.