Укрощение Рики (ЛП)

— Прошу, спаси меня! Пожалуйста!

Бац!

— Помоги мне, мать твою!

— Пет, сколько можно повторять: я предупреждал, что тебя ждет. — Ясон невозмутимо потягивал вино и, казалось, страдания монгрела совершенно не трогали его сердце.

Бац!

— Умоля-а-а-аю! О, господи!

Рауль с наслаждением купался в страдальческих криках пета, особенно его возбуждали безответные мольбы Рики в адрес хозяина. Больше не в силах выносить боль, монгрел внезапно рванулся, пытаясь избежать очередного жестокого удара. Блонди с легкостью перехватил его, тут же на помощь подоспел Ясон и намертво пришпилил руки пета к столешнице.

— Вот теперь ты действительно попал, — грозно сообщил монгрелу Рауль.

Схватив лопатку обеими руками, он с изуверской точностью принялся наносить по несчастной заднице пета один беспощадный удар за другим.

Бац! Бац! Бац! Бац! Бац!

Монгрел захлебывался криком.

Бац!

Ясон, внимательно наблюдавший за Рики, постепенно начал проникаться к нему сочувствием. От ударов на коже пета уже выступила кровь, однако Рауль продолжал безжалостную пытку: мускулы бедер и плеч бугрились при каждом взмахе, он переносил на лопатку вес своего тела, чтобы причинить монгрелу максимальную боль.

Бац!

— Ревность! — завопил Рики сквозь рыдания, глядя хозяину прямо в глаза.

— Рауль! — Ясон поднял руку, чтобы остановить наказание.

Блонди уже запыхался и был рад небольшой передышке, хотя и слегка разочарован, что наказание так быстро закончилось. Он покрутил лопатку в руке, с довольной улыбкой созерцая плоды своих усилий: багровые ягодицы монгрела сочились капельками крови.

— Повтори, что ты сказал, пет! — потребовал Ясон.

— Это… была… просто… ревность, — выдохнул Рики, давясь рыданиями и безуспешно пытаясь вновь овладеть собой.

— Ревность? — удивленно усмехнулся Ясон. — К кому — к Раулю?

— Да, — признался пет.

Он выглядел таким жалким, без сил лежа на столе в цепях, с залитым слезами лицом и задницей, избитой в мясо его же смертельным врагом. От признания Рики у Ясона по спине побежали мурашки, и он внезапно понял, что вполне созрел для следующего пункта вечерней программы.

— Давай отведем его в спальню, — предложил он Раулю.

После восхитительно жестокого наказания и признания монгрела в ревности Рауль вошел в раж, и ему не терпелось наказать Ясонова пета в более интимной обстановке.

Невзирая на боль и страх, монгрел чувствовал, что все еще возбужден, и не меньше блонди жаждал начала «постельной» части наказания, втайне надеясь, что хозяин смилостивится над ним и позволит достичь долгожданной разрядки."

"Заметив его нетерпение, блонди обменялись ироничными взглядами и принялись раздеваться.