Укрощение Рики (ЛП)

— Ты же не можешь взаправду ревновать к Раулю? Неужели ты позабыл… как сильно меня от него воротит?

Ясон молча отвернулся. Рики понял, что он на правильном пути, и подошел еще ближе. Его ладони легли на бедра хозяина, потом скользнули вперед, руки обвились вокруг талии блонди. Монгрел крепко прижался к Ясону сзади и вздохнул, зарывшись лицом в опьяняющий шелк его волос."

"— Ты же знаешь, как я ненавижу этого Рауля. Потому и разделался с его подарком — заколебал он уже клинья к тебе подбивать. А теперь, после грёбаной лопатки, так и свернул бы ему шею, если б дотянулся.

Так что у тебя нет повода… для… огорчения. Сегодня всё… так обернулось… только потому, что я долго не мог кончить. На его месте мог бы оказаться кто угодно — я думал, меня просто разорвет изнутри. Позволь ты мне, я бы кончил и от усмирительной палки. Но Рауль мне нужен не больше, чем твоя бабушка. Как вспомню — блевать тянет… одна мысль о том, что этот урод внутри меня… вот грёбаный ад!

Ясон с улыбкой слушал гневную тираду своего пета в адрес Рауля. У него словно гора с плеч свалилась, слова Рики развеяли все его сомнения. Монгрел бросился за хозяином, настоял, чтобы тот его выслушал, и это глубоко тронуло сердце блонди.

Его удивляла сила собственных чувств, неспособность задавить ревность к бывшему любовнику в зародыше. Полный бред — ведь он сам пригласил Рауля, сам! А в итоге наказание пета срикошетило в сердце хозяина, и блонди понимал, что именно он — а вовсе даже не Рики — получил самый жестокий урок. И теперь, когда монгрел с нежностью прижимался к хозяину сзади, возвращая ему утраченную было почву под ногами, Ясон понял, что побежден и захвачен в плен собственной любовью, чувством, в котором он никогда не сможет открыто признаться — только не пету. А ведь больше всего на свете ему хотелось именно этого — повернуться и стиснуть Рики в объятиях, объявить о своих чувствах всему миру и послать Юпитер ко всем чертям!

— Прошу… пожалуйста, не позволяй ему сделать это снова! — прошептал пет.

Ясон повернулся и наклонился, чтобы подарить Рики поцелуй.

— Уж это я тебе обещаю, — заверил он монгрела. — Я больше никогда не позволю Раулю поднять на тебя руку.

Взволнованный пет улыбнулся хозяину, и улыбка вышла такой обворожительной, что Ясон на мгновение забыл, как дышать, и просто смотрел и смотрел на прекрасное, бесконечно дорогое ему лицо — лицо его возлюбленного Рики.

— Ясон! Будь добр, впусти меня!

Рауль стоял у дверей офиса Ясона и переговаривался с ним через интерком.

— Неужели это так срочно, Рауль?

— Прекрати меня избегать. Нам нужно поговорить.

Дверь загудела и скользнула в сторону, и блонди вошел. Ясон у барной стойки наливал себе вина.

— Будешь коньяк? — предложил он гостю.

Тот рассеянно кивнул и подошел к бывшему любовнику.