Укрощение Рики (ЛП)

====== Глава 33 Как сломать Рауля ======

Рядом кто-то стонал, и громко. Разлепив глаза, Рауль в замешательстве уперся взглядом в собственную руку, покрытую кровоточащими рубцами. Он осознал, что лежит на животе, его плечи и грудь саднит от соприкосновения с твердой поверхностью, а во всем теле пульсирует боль. Да еще эти жуткие стоны…

И тут блонди с ужасом понял: стонет-то, оказывается, он сам. Мало того — он обнаружил, что привязан за руки и за ноги, а легкое дуновение воздуха по коже означало, что он полностью обнажен. Краем глаза Рауль заметил движение — некто подошел к нему так близко, что видны были только ноги.

И все же блонди с легкостью узнал изящную походку и очень светлые шелковистые волосы. Это был Ясон.

— Пришел в себя наконец? Ну и шума от тебя… Битый час хныкал как младенец.

Ясон слегка погрешил против истины — на самом деле Рауль только что очнулся с надрывным стоном, — но ему хотелось посильнее уязвить самолюбие блонди.

— Ясон, — прошептал Рауль, — прости меня!

— С какой стати мне тебя прощать? Не отыщи я вас вовремя, ты бы кастрировал и до смерти замучил моего Рики — по его собственным словам.

Рауль не пытался ничего отрицать, хотя в глубине души отнюдь не был уверен, что у него хватило бы духу выполнить все свои угрозы до конца. Он склонялся к тому, чтобы помучить монгрела, всласть понасиловать его, а после предложить хозяину вернуть пета в обмен на гарантии неприкосновенности. Правда, вряд ли Ясон теперь в это поверит…

— Я… сходил с ума от ревности… после того, как ты заявил, что любишь его, — признался Рауль. — Решил встретиться с тобой и поговорить. И тут я увидел картину и просто… потерял голову, Ясон!

Рики наблюдал за двумя блонди с дивана, на котором хозяин устроил его с максимальным удобством.

Лежа на животе — чтобы поберечь спину и ягодицы, — он с удивлением прислушивался к разговору. Неужели Ясон и правда сказал Раулю, что любит собственного пета?

Ясон тем временем молчал: ему не хотелось признавать вслух, что вандализм монгрела любого художника довел бы до нервного припадка. Как бы то ни было, Рики — пет Ясона Минка, а не Рауля Ама, и хозяин должным образом наказал его за провинность. Для похищения и насилия не могло быть никаких оправданий.

— Как ты осмелился прикоснуться к моему пету — моему, Рауль? — резко спросил он, затем наклонился и прошептал на ухо бывшему любовнику: — Как ты посмел причинить ему вред, посягнув на то, что тебе не принадлежит?

— Если ты убьешь меня, то и сам пострадаешь. Даже тебе не позволено безнаказанно попирать законы.

Ясон понимал справедливость этих слов, но Рики впервые пришло в голову, что его хозяину не дано права распоряжаться судьбой Рауля по своему усмотрению.

— Ясон! — слабым голосом позвал монгрел.