Укрощение Рики (ЛП)

Со вздохом Ясон снова присоединился к Энью. Ксеронец сиял, намыливая голову и тихонько напевая себе под нос какую-то незатейливую мелодию. Блонди положил голову на край ванны и смежил веки, размышляя о том, где там сейчас Рики и что он поделывает…

Рики просто не мог в это поверить. Он вернулся… и он свободен! Как только монгрел избавился от петского кольца, он так воодушевился, что его потянуло поскорей забиться в какую-нибудь щель и подрочить — просто потому, что больше не было ни запретов, ни ограничений. Но сильней всего ему хотелось разыскать свою бывшую банду, и он понесся через трущобы в зону «Е» Мидаса, уверенный, что Гай с парнями, как всегда, зависает в их любимом клубе — «Пороках».

Подъезжая к клубу, он уже знал, что чутье не подвело. Байк Гая невозможно было не узнать — на боку красовался череп со скрещенными костями. Притормозив, Рики улыбнулся, наслаждаясь всеобщим вниманием — местным обитателям в жизни не доводилось видеть «Скайуокер». С чувством собственного превосходства монгрел заглушил двигатель и, нажав кнопку на крошечном пульте, активировал защитный электрошок.

Байк тут же окружило красное лазерное свечение, низким гулом предупреждающее всех, кто тянет лапы к чужому добру, что здесь — поле высокого напряжения.

Зеваки пытались разглядеть лицо загадочного байкера, и, когда Рики снял шлем, по маленькой толпе прокатился взволнованный шепот. Войдя в клуб, монгрел на миг остановился в дверях и окинул взглядом зал.

Внутри было шумно, как всегда — знакомая мешанина разухабистого гомона, смеха, музыки и стука бильярдных шаров. В углу зала какая-то группа вживую наяривала грязный фанк, а на платформе сношались двое петов.

Здесь Рики привлекал гораздо меньше внимания — все были слишком заняты погоней за удовольствиями. Монгрел пристально рассматривал посетителей, пока не заметил знакомое лицо. Это был Норис. Рядом обнаружился и Гай, одной рукой обнимавший того самого юнца, с которым Рики видел его на днях. Смеясь, Гай наклонился вперед и что-то рассказывал остальным, а вся компания то и дело разражалась взрывами хохота.

С бьющимся сердцем Рики медленно приблизился к столу, держа шлем под мышкой. Первым его заметил Норис.

Из его удивленно разинутого рта выпала сигарета.

— Блядь! — заорал он, потирая ногу в том самом месте, где на нее приземлился горящий окурок.

Заметив его конфуз, Гай расхохотался во весь голос — Рики хорошо помнил этот его заразительный смех. С легкой улыбкой он подошел к столу, и в этот момент Гай понял, что так ошарашило Нориса. На его лице застыло неописуемое выражение. Потрясенный, он так и остался сидеть, глядя на стоящего перед ним бывшего любовника снизу вверх.

— Рики, — прошептал он наконец.