Укрощение Рики (ЛП)

Он понимал, что в любом случае уже занимался такими вещами, которые считались нечистыми и неподобающими для будущего жреца, и что отдать свое тело партнеру было вполне логичным следующим шагом. И всё же Таи чувствовал, что ему сложно преодолеть этот последний рубеж — ведь потеряв девственность, он осквернит себя навеки.

— Пожалуйста! — взмолился Оди.

— Я еще не готов, — неуверенно ответил Таи.

Охранник был глубоко разочарован и слегка сердит. Он почти не сомневался, что сегодня повар уступит, и упрямство парня будило в нем зверя.

— Что ж, тогда мне придется попросить тебя спать сегодня ночью в своей постели, — ледяным тоном сказал он.

— Если ты будешь тут лежать, весь такой из себя недоступный, я всю ночь глаз не сомкну.

Резкая перемена настроения партнера подействовала на Таи как ушат холодной воды, и парень тут же ощетинился:

— Ты же сам обещал, что если я не захочу, ничего не будет!

— Помню. Только мне всё равно нужно нормально выспаться. Не хочу показаться грубым, но тебе придется уйти.

С болью в сердце Таи несколько минут молча смотрел на него, прежде чем ответить:

— А ты не хочешь… чтобы я сначала кое-что сделал?

— Нет.

Просто уходи.

Повар в замешательстве уселся на кровати и собрал в охапку свои вещи.

— Я тебя не понимаю, — удрученно прошептал он.

Оди знал, что для его внезапной холодности нет никаких оснований, но ничего не мог с собой поделать — вся эта история вывела его из себя. Аристиец оттрахал его так, что мама не горюй — он уже и не помнил, когда ему было так больно, — и охранник чувствовал, что заслужил… благодарность. А вместо этого несчастный девственник уперся рогом, и тут было от чего взбеситься! Да, наверное, следовало уступить и позволить Таи остаться на ночь, но Оди просто не мог.

Мешала злость — и собственное ослиное упрямство.

Таи одевался так медленно, будто спал на ходу. Казалось, он ждет, что Оди передумает и снова пригласит его к себе в постель. Но тот молчал, и повар почувствовал, как в душе его растет несвойственное ему обычно раздражение.

— Значит, ты предложил мне себя только для того, чтобы потом без помех меня трахнуть? Так или нет? Я думал, подобные сделки ниже твоего достоинства! — возмутился он.

Оди ничего не ответил — слова Таи пристыдили его, но отступать со своих позиций он не собирался.

— Похоже, я в тебе ошибся, — помолчав, добавил повар. — Видимо, ты совсем не такой, каким кажешься.

С этими словами он вышел за дверь, кипя от злости и горькой обиды. Торопясь в свою комнату, он едва не налетел в коридоре на Тому."

"От неожиданности фурнитур раскрыл рот, собираясь что-то сказать, но заметив выражение лица повара, счел за лучшее воздержаться от комментариев. Парень был… весь красный от злости.