Укрощение зверя

– Кто-то сказал: все, что известно о подлецах, – пустяки по сравнению с тем, что неизвестно.

По губам Георгия скользнула легкая улыбка.

– Верное суждение. Я тоже изучал досье на Балабонова и склоняюсь к выводу, что он и есть Черный Вей. Только Балабонов, с его возможностями и самостоятельностью, мог помочь спрятать Лик Беса в центре Москвы.

– Нужны веские доказательства.

– Магидат…

– Магидат – орудие Морока, он не является физическим датчиком или прибором. К его «показаниям» надо относиться с известной долей скепсиса.

– Доказательства будут. За храмом ведут наблюдение самые умелые наши контрразведчики.

– У нас мало времени, катастрофически мало. Уже завтра надо знать точно, кто наш главный враг в нашей реальности и где Врата. Похоже, пора созывать Собор старейшин и решать эту проблему на ментальном уровне. Хотя и нежелательно будить в ментале дремлющие черные реакции. У тебя все?

– Мы готовимся к походу. И в связи с этим у меня просьба: если Собор состоится, пусть он посмотрит под землей выходы к храму. Подземных коммуникаций под Москвой много, и какие-то из них наверняка ведут туда, куда надо, однако для их изучения требуется время.

– Существует очень древняя система тоннелей, прорытых еще нашими предками во времена Гипербореи, она должна была сохраниться. Если владыко Всеслав даст согласие, мы попытаемся выявить эту систему.

– Тогда у меня все.

Иннокентий кивнул, сказал: «Будь здоров, родич» – и направился в обход поляны. Исчез в лесу.

Георгий постоял немного у детской площадки, глядя на играющих детей, потом встрепенулся и взялся за мобильник.

– Тимоха, машину к западному выходу из парка…

Глава 24

Враг не дремлет"

"Всероссийский Собор старейшин славянских общин, на котором присутствовали двенадцать волхвов со всех концов некогда могучей империи, прошел в подмосковном Болшеве в четверг, шестого июля.

После двухчасового собрания белый волхв, председатель Собора владыко Всеслав и летописец Рода Иннокентий уединились в небольшом старом доме на окраине городка, называемом «тайной обителью» или «приютом волхвов». Здесь останавливались многие из них, чтобы поразмышлять о смысле жизни либо спланировать замысел и решить накопившиеся проблемы.

Снаружи дом-обитель выглядел как и все постройки подобного типа в Болшеве или в любом другом русском городке: деревянный, рубленый, с двускатной гофрированной крышей, с мансардой, окна – с резными наличниками, вокруг – сад. Да и внутри он не сильно отличался от других домов, хотя и казался больше, чем снаружи.