Укрощение зверя

Фоменко должен сыграть в ящик.

– Насчет этого у меня есть идея. Чемор Костромы Марциан обнаружил там одного из бывших ваших противников, Антона Громова. Его умело подставили, и Громов сейчас сидит в КПЗ по обвинению в избиении мирных граждан в состоянии алкогольного опьянения. Если он не согласится работать на нас, ему грозит заключение от трех до пяти лет.

– Он не согласится.

– Можно попробовать. Мы знаем, где живет его жена с двумя детьми.

– Хорошо, займись этим делом. Потом можно будет поднять крик, что славяне-родноверцы убивают друг друга. Одним ударом убьем двух зайцев: подмочим репутацию славянского Союза и ликвидируем мешающего нам чиновника. Что у нас по иконописцам?

– Убрали пятерых… – Дехкиев не закончил.

– Что мнешься, как красна девица?

– В Чухломе пропали двое наших исполнителей…

– Что значит – пропали? Утонули, сгорели, попали под машину, сбежали за границу?

– Они не вышли на связь. Я послал человека для проверки, он тоже замолчал.

Алексей Ридигерович пожевал губами, подбирая выражение.

– Пошли группу! Езжай туда сам! Исполнители не иголки, наверняка их кто-то видел. А иконописца они успели нейтрализовать?

Дехкиев виновато опустил голову.

– Неизвестно.

– Так выясни! Даю два дня! Потом полетят головы!

– Слушаюсь, товарищ генерал.

– И последнее. – Балабонов чуть расслабился, в три глотка осушил чашку с остывшим чаем. – Разведка Витязей наверняка прознала про Врата. Надо сделать так, чтобы они пошли по ложному следу. Пусть ищут модуль везде, только не там, куда мы его перевезли.

– На Ильмени?

– И не только. Наведите их на Чухломское озеро, на Ладогу, на другие малодоступные места. Пусть повозятся, поищут, пока мы будем готовить выход Господина.

Дехкиев встал, склонил голову.

– Будет сделано. Да придет Тот, Чье Имя Произнесено!

Алексей Ридигерович махнул рукой, включил компьютер.

– Свободен.

Майор вышел.

Компьютер зашелестел вентилятором. На несколько мгновений этот звук усилился многократно, и на вспыхнувшем экране появился алый паучок – иероглиф вызова Господина. Балабонов коснулся иероглифа пальцем с черным ногтем. Раздался странный звук, напоминающий стон. Паучок заполнил собой весь экран, трансформировался в жуткую морду Зверя, и монитор преобразовался в объемную колышущуюся фигуру – голову монстра, напоминающую драконью и человеческую одновременно. На Черного Вея глянули ало светящиеся узкие глаза Проекции Господина.

Балабонов быстро надел черные очки. Даже он – также одна из «пси-проекций»-вселений Морока – не мог прямо смотреть в глаза Господину.

– Говори! – шевельнулись губы Зверя.

– Все идет хорошо… – начал Алексей Ридигерович бодрым тоном.

* * *"

"Фатых Дехкиев никогда ни в чем не сомневался.