Уровень ненависти: Сосед

Особенно, если учесть, что мой сын вообще не знакомил меня с первой женой и я вынуждена была ее терпеть целых два года. — Изольда Викторовна закатила глаза. — Катя, ты — хорошая девушка. Нормальная. Адекватная. Чистая и светлая. Может, все еще слишком наивна для наших российских реалий, но хорошая. И когда я увидела взгляд Андрея в тот день. Знаешь, он до этого никогда на меня так не смотрел, — призналась женщина, тяжко вздыхая. — Я поняла, что если тебя не приму, потеряю сына. Ты для него — все.

— Спасибо, — поблагодарила от всей души. Едва ли не сквозь слезы. — Спасибо, — подтвердила, срывающимся голосом."

"— Золя, ну что ты, в самом деле? Не видишь, она снова беременна. Ее надо носить на руках и не давать ей плакать, а то твой сын будет бледнеть от каждой ее слезинки и трястись от страха, а потом орать благим матом, — выдала бабуля.

— Я не беременна!

— Ой, слышали мы это уже дважды. И что? Каждый раз по внуку, — не согласилась ба.

— В первый раз я не была беременна. Потому мы и решили это исправить.

— Ой, да если бы мы вас не поторопили, ты бы Андрею еще долго объясняла: сперва дом, затем обстановка, потом мне надо привыкнуть к этой мысли, — выдала «страшный секрет» Изольда Викторовна. — По тебе ведь сразу видно, что мнительная. А он тебя любит и, даже несмотря на свой характер, идет на поводу иногда. А внуки — это внуки. Они такие солнышки.

Бабушка и прабабушка моих детей переглянулись как самые настоящие заговорщики.

— Слушайте, у меня вдруг родилось совершенно невозможное, точнее, кажущееся таким, предположение. А вы, случайно, не свели нас с Андреем намеренно? — произнесла я медленно — медленно, все еще не желая поверить в то, что сейчас показалось таким очевидным.

Они радостно согласились жить на одной лестничной клетке. Даже вида не сделали, что их что — то не устраивает или стесняются, допустим. Помогали с ремонтом, сидели с Витей по очереди и вместе, даже забирали его на недельку — две, уговаривая нас с Андреем, что парень подрос и вполне может обойтись без родительской заботы.

Изольда Викторовна, конечно, делала вид, что вовсе не жаждет проводить время с пеленками и распашонками, но бежала по первому звонку, откладывая все дела. И часто привозила с собой бабулю, с которой они якобы не дружили.

— Что?

— Да ну? Ты чего, Катюш?

Возмутились женщины одновременно, а я только уверилась, что все эти бесконечные спектакли — тщательно продуманные постановки.

Аферистки!

Бессовестные сводницы!

У нас на дворе, если что, не какие — нибудь стародавние времена!

Только вот… больше ничего на ум не шло. Ведь мы с Андреем жили все эти годы душа в душу. Ссорились, конечно, изредка.