Уровень ненависти: Сосед

"

"Андрей подошел к какому-то шкафу и принялся там ковыряться, хотя даже слепому и тупому ясно, что он пытается втихаря отсмеяться. Вон, как дрожат плечи. Да и что ему искать среди бухгалтерских папок? Я уже все исследовала и точно знала, что в этом шкафу архив. А вот директор, судя по всему, в эти шкафы и не заглядывал. Возможно, по-мужски запомнил, что там что-то важное, но ему лично не нужное и выбросил из головы.

«Катя, молчи, молчи, молчи!» — уговаривала себя. Безумно хотелось съязвить, но он ведь директор. Никто, кроме него, не мог открыть этот кабинет. Собственно, я потому и оказалась в столь неудобном положении. Была уверена на все сто процентов, что никто не потревожит и можно спокойно привести себя в порядок.

Большой и просторный кабинет с появлением хозяина словно преобразился. Неуютный ранее лофт, казалось, подчеркивал внутреннюю сущность мужчины. Исключительно мужественного, уравновешенного, спокойного. Руководителя. Самца. Даже не так. Альфа-самца, вот! Совсем не того придурка, что я наблюдала дома или в аэропорту.

«У, дура! Не влюбись», — тут же осадил ваниль на дно внутренний голос.

«И правда, чего это я?» — удивилась сама себе.

Хотя удивляться было не с чего. Даже в простой повседневной одежде Андрей казался восхитительно крутым и важным.

Я стояла по струнке смирно и мокрая юбка неприятно льнула к бедрам. На фоне этой прохлады тело, казалось, полыхало.

«Совсем сошла с ума. Дурочка. Ой, что будет, что будет», — по-деревенски причитала про себя.

Андрей быстро взял себя в руки и как ни в чем не бывало обернулся ко мне.

— Как тебе у нас работается? Сошлась с ребятами?

— Да, конечно. Коллектив просто прекрасный. И очень дружный, — я не лукавила, так и было на самом деле. Но в присутствии мужчины чувствовала себя очень неловко, особенно после не совсем приличных мыслей, посетивших при виде стола.

Кое-кто читает слишком много романов про босса и подчиненную!

— Никто не пристает?

— Нет, никто. Пока.

«Боже! Боже! Боже! Ну кто меня тянул за язык?»

— Никто не пристает?

— Нет, никто. Пока.

«Боже! Боже! Боже! Ну кто меня тянул за язык?»

— Не волнуйся, и не будет.

Фраза «я позабочусь» повисла в воздухе.

Андрей смотрел на меня как кот на мышь, и я действительно чувствовала себя жалко и неуверенно. Привычная в подобных ситуациях защита — острый язык — совершенно не подходила, и я растерялась, замерев и молча тараща глаза на шефа.

Но ведь что-то надо сказать в ответ.

Только что?

— Спасибо, — пискнула мышь Катерина. Я сама обалдела, до чего жалко звучит мой голос.

Андрею же, словно то и нужно было. В глазах появилось непередаваемое выражение, но расшифровать его способна была даже дурашка-мышь. На нее объявлена охота.

Незримое напряжение витало в воздухе. Страшно было даже вздохнуть. Вдруг выйдет громкий звук.