В двух шагах от рая

Ее тело чутко отзывалось на прикосновения пальцев Виктора, однако она старалась сохранять спокойствие и невозмутимость, изнывая от жаркого пламени страсти и нарастающего желания отдаться, которое с пугающей настойчивостью вытесняло из головы все остальные мысли.

— Милая, я ведь вижу, что ты хочешь меня… Ну признайся. Слышишь? Скажи же, что хочешь!

— Нет! — отрезала Мейбл сквозь слезы. В их отношениях с Виктором ничего не изменилось. Он, конечно же, не любил ее, хотя она была влюблена в него без памяти. И потому ей была ненавистна мысль о том, что он использует против нее ее же чувственность, словно желая наказать и за былые прегрешения, и за нынешнюю неуступчивость…

Она предприняла новую попытку высвободиться, но почувствовала, что это еще больше усилило желание Виктора. По его телу пробежала дрожь, и он хрипло повторил:

— Ну скажи же, что хочешь… Скажи…

— Нет! — У Мейбл откуда-то взялись силы, и ей удалось оттолкнуть Виктора. — Я не хочу тебя! — воскликнула она, давясь рыданиями. — Не желаю, потому что не верю тебе. Понимаешь? Даже несмотря на то, что у нас сейчас медовый месяц… Оставь меня в покое.

Решимость жены, видимо, подействовала на него. Он сел на край кровати и позволил Мейбл подняться и натянуть бретельки сарафана на плечи. Затем Виктор встал, скользнув по ее лицу взглядом, в котором все еще сквозило сильное желание, застегнул джинсы и натянул через голову валявшуюся на полу у кровати майку.

— Ложись спать, — глухо буркнул он, направляясь к двери. Мейбл заметила в глазах мужа презрение, но не смогла понять, к кому он испытывал это чувство — к ней, или к самому себе. — И не волнуйся, с тобой мне все ясно.

— Куда ты идешь?

Он мельком глянул на жену через плечо:

— У меня сегодня свидание с комарами…

9

Мейбл проснулась, когда стрелки ее дорожного будильника показывали без четверти десять. Над головой медленно вращались лопасти вентилятора, включенного, по всей вероятности с утра.

Она села на постели и посмотрела в висевшее напротив зеркало. Длинные светлые волосы за ночь спутались и сейчас висели всклокоченными прядями. Под глазами темнели круги. Они делали ее похожей на игрушечного медвежонка-панду, любимца Гэри. Она встала с кровати с тяжелым сердцем и направилась в ванную, под душ. Спустя пятнадцать минут набросила легкий халатик и спустилась в гостиную. Виктор уже был там и по-французски разговаривал с кем-то по телефону. Когда Мейбл села за стол, муж повесил трубку и отодвинул в сторону телефонный аппарат.

— Доброе утро, — произнес он без всякого выражения. — На завтрак у нас кофе, повидло и свежие круассаны. Я только что купил их в деревенской булочной.

— Спасибо.