В объятиях лунного света

– А дальше что? Ты поставишь крест на моих надеждах и надеждах отца?

Лит вздрогнул.

– Я просто хочу убедиться, что Элеонора в безопасности.

Лицо матери сморщилось, в глазах блеснули слезы. Лит никогда не видел, чтобы она плакала.

– Прекрати врать мне и самому себе. Человек, женившийся на горничной, никогда не станет премьер-министром. Ты станешь посмешищем. И все ради чего? Ради девушки, которой не по силам играть роль маркизы Лит? Надеюсь, ты еще не до такой степени обезумел, чтобы считать подобную сделку справедливой?

Маркизу вдруг стало жаль больную мать.

Он подошел к ней и обнял за талию, чтобы она не упала.

– Прости, что расстроил тебя, мама.

Лицо маркизы все еще хранило непреклонное выражение, но чувствовалось, что она была рада снова оказаться в постели, куда ее уложил заботливый сын.

– Но ты не отказываешься от того губительного пути, на который вступил. – Леди Лит лихорадочно сжала руку маркиза. – Прошу тебя, опомнись.

Он выпрямился.

– Обещаю не совершать необдуманных поступков.

Всю свою жизнь маркиза поощряла сына, поддерживала в его стремлении сделать политическую карьеру, достичь вершин, которые не покорились ее мужу.

Если бы в обществе стало известно, что Лит завел любовницу, люди стали бы посмеиваться за его спиной, но этим дело и кончилось бы. Однако если один из представителей знатного дворянского рода женится на служанке, разразится грандиозный скандал, последствия которого было трудно предсказать.

Поразмыслив хорошенько, Лит признал правоту матери. Ему следовало отпустить Элеонору. Через некоторое время мисс Трим встретит хорошего, порядочного человека, который будет любить ее и заботиться о ней.

Однако как же он виновен перед этой нежной, самоотверженной, влюбленной в него девушкой!

– Джеймс, ты разбиваешь мне сердце, – прошептала маркиза.

Она выглядела смертельно усталой после всплеска эмоций, на которые потратила много сил.

– Прости меня, мама, – тихо сказал Лит и поцеловал ее в лоб, убрав с него прядку седых волос, выбившуюся из-под чепца.

Выражение крайней озабоченности не сходило с ее лица. Они оба понимали, что попросить прощение еще не значит признать свою капитуляцию.

Глава 23"

"Нелл, наконец, подъехала к повороту, за которым начиналась дорога в Фентонвик, поместье герцога Седжмура.

Его родовое гнездо располагалось в огромном дворце, построенном в стиле барокко. Если верить газетам, герцог был заклятым врагом маркиза Лита, и Нелл надеялась, что он разоблачит маркиза, выставив его преступления на суд общественности.

Нелл промокла до нитки и дрожала от холода. Она миновала несколько чистеньких деревенек, окружавших усадьбу, и въехала через замысловатые кованые ворота в парк.