В объятиях лунного света

– Это «да»?

Нелл поняла, что ранила Джеймса своими колебаниями, нерешительностью, отказом стать его женой, недоверием, и поклялась доказать, что он был центром ее мира. Она улыбнулась сквозь слезы.

– Конечно, да. Последние несколько дней стали для меня настоящим уроком. Я научилась отделять важное от пустого. – Нелл погладила Джеймса по колючей щеке. – Оказавшись на грани жизни и смерти, я поняла, как мне хочется жить. Когда я говорю «жить», то подразумеваю «жить с тобой».

– О, дорогая моя! – Его глаза сияли от радости.

Поцеловав Нелл, Джеймс снял с руки перстень-печатку Фэрбродеров и надел на ее палец. Дорогой золотой перстень был тяжелым и большим, Нелл не смогла бы носить его. Но она улыбнулась, понимая, что жест маркиза был символическим.

– Мне нравится эта печатка.

– Я надел тебе ее на палец за неимением лучшего. Скоро я куплю тебе красивое кольцо в знак нашей помолвки.

– Ты так растрогал меня, что я сейчас разревусь.

– Маркизам разрешается плакать, когда им заблагорассудится, – срывающимся от волнения голосом произнес Джеймс.

Удивительно, но у Нелл перестала болеть голова. Положительные эмоции пошли ей на пользу.

– Тебе нужно было сказать мне об этом раньше. Я бы тогда, не раздумывая, вышла за тебя замуж.

– Ну, моей маркизе будет разрешено делать все, что захочется.

– В таком случае, сейчас она хочет поцеловать маркиза, – заявила Нелл.

Лит осторожно обнял ее и поцеловал в губы. Волна нежности накатила на Нелл.

– Дорогая, мне нравится, когда наши желания совпадают, – с улыбкой произнес маркиз.

Эпилог

Фентонвик

Канун Рождества

Направляясь за вышколенным дворецким Седжмуров в гостиную, Нелл чувствовала, что дрожит от волнения. Она вцепилась в руку Джеймса с такой силой, что от ее пальцев на теле маркиза, должно быть, остались синяки. Видя, в каком состоянии находится Элеонора, Джеймс улыбнулся ей, чтобы подбодрить.

– Ты уже бывала здесь раньше, любовь моя, – тихо промолвил он. – Не надо нервничать.

– Я ничего не могу с собой поделать, – прошептала она.

Окружающая обстановка сильно давила на нее. Дом был огромным, и даже рождественский декор не мог сделать атмосферу уютной, располагающей к дружескому общению. Время было поздним, надвигалась полночь.

– Возьми себя в руки, дорогая, – сказал маркиз и поцеловал Нелл.

На мгновение она воспряла духом, но тут же отстранилась от Джеймса.

– Что ты делаешь? Люди кругом, – прошептала Нелл, поглядывая на дворецкого, остановившегося у закрытой двери и демонстративно уставившегося в пространство.

– Наплевать, – ответил Джеймс, не понижая голоса.

Он снова обнял Нелл и припал к ее губам в долгом поцелуе. Нелл закрыла глаза от наслаждения, погрузившись в полузабытье.