В оковах Шейха

 Парень был неудачником, это было ясно.

— Тебе будет лучше без него. Любой, кто мог говорить такие вещи, недостоин, быть другом, не говоря уже о любовнике, особенно когда уже пал так низко.

— Я знаю. Салли сказала то же самое.

— Тогда почему забота о детях? — Спросил он, меняя тему, потому что мысль о ней с другим мужчиной внезапно стала неприятной и не той, на чем он хотел останавливаться.

Она пожала плечами.

— Я точно не знаю. Но я всегда любила маленьких детей, может быть, потому, что я была единственным ребенком в семье и росла одна. Они всегда очаровывали меня. Когда я узнала, что могу зарабатывать на жизнь, работая с ними, это показалось мне несложным делом.

Он кивнул, хотя и не был уверен, что до конца понял. Он вырос один и в основном держался особняком. Если бы он случайно не встретил своих трех братьев по пустыне, он, вероятно, до сих пор бродил бы по миру в одиночестве.

— Поужинай со мной, — сказал он по наитию, потому что понял, что они приближаются к Старому дворцу, и скоро она извинится и уйдет в свои покои к Атии, а ему вдруг стало тошно от одиночества.

Она выглядела взволнованной, ее губы приоткрывались и закрывались, как будто искали и не находили слов.

— Только ужин.

— Угу... Я должна проверить, как там Юсра и Атия. Нас не было так долго.

— Так проверь.

— А если Юсра устала?

— Возьми с собой на ужин Атию, — сказал он, сам удивляясь тому, что говорит серьезно. — Бери ее, — добавил он.

Все, что угодно, лишь бы отсрочить то время, когда она снова закроется от него.

Она моргнула.

— Почему ты вдруг стал таким внимательным?"

"Он повернулся к ней, стараясь не протянуть руку и не коснуться ее, как он хотел весь день, прикоснуться к расплавленному закату ее одежды, почувствовать ее тепло, но, в конце концов, он протянул руку и обхватил ее. Никакого давления, просто взял за руку, тепло и верно.

— Потому что у меня только что был лучший день за долгое время. И я не хочу, чтобы это заканчивалось.

Боже, он говорил серьезно. Дрожь Торы расцвела по всему телу. От одного прикосновения его руки. Судя по значению его слов и темному выражению его глаз, он действительно имел это в виду. И это был хороший день. У нее была личная экскурсия по шести удивительным дворцам, и она была одновременно ослеплена их великолепием и потрясена их расточительством, в компании мужчины, который знал, как воздействовать на нее, будь то физически или эмоционально.

Она отчетливо осознавала, что они только что въехали в ворота дворца. Понимая, что скоро перед ними откроются двери, и внешний мир вторгнется, и момент будет упущен как, возможно, и сам Рашид, которого увезут, чтобы исправить любую проблему, которая осаждает страну в очередной раз, требующую решения.

Она не хотела, чтобы мир вторгался. Пока нет.