Только не дракон!

– К-к-кей! – в моём внезапно севшем голосе невольно отразились нотки паники, и обнимающий меня эльф неожиданно принялся целовать в ушибленное место над ухом и мягко гладить по голове, успокаивая, словно малыша из детского сада.

Нет, ну, нежный он, конечно, мужик. Ласковый такой. И сильный. Но куда мне трое мужей?

– Советник Райниэль! – бодро выскочила из-под кровати совершенно бессовестная рыжая шкура.

Продолжая поглаживания, эльф бархатным мелодичным голосом что-то спросил у кота.

– Боюсь, я не знаю, почему ваш сын вместо консуммации брака с красавицей женой гоняется за драконом, – с горечью и осуждением заявил этот артист.

Стоп. Сын? Значит, это отец Даниэля? Ой-й-й…

Свёкор сдёрнул с кровати бежевое покрывало, оказавшееся невероятно приятным на ощупь, как тонкий кашемир, накинул мне его на плечи и замотал в эту ткань. Спеленал, я бы даже сказала.

А потом подхватил на руки и усадил на кровать, постаравшись, чтобы спина удобно опиралась на подушку.

– Кристина… – он невероятно мило мне улыбнулся и снова погладил по голове, а моё имя в его устах прозвучало как музыка.

Брачные метки закололи мягкими иголочками, в душе разлилось приятное тепло и возникло невероятное ощущение, что здесь и сейчас я нахожусь ДОМА, там, где и должна быть. Со своей семьёй. С мужем, отцом и ещё одним мужем, который бегает непонятно где.

Махнув рукой на мои ступни, отец Даниэля строго сказал что-то Таю, и тот, кивнув с виноватым видом, быстро вышел из комнаты, а свёкор снова спросил что-то у кота.

По-хозяйски запрыгнув на кровать, Кей бесцеремонно уселся рядом со мной и на минуту задумался.

– Нет, я не заметил у него боевых артефактов, – заявил, наконец, лингвар. – Мне и самому интересно знать, что с ним такое происходит и почему у него проснулась родовая эльфийская магия, да ещё такой силы. И в данный момент у меня есть лишь одно объяснение такому чуду, – он многозначительно посмотрел на меня.

– Какое? – напряглась я.

– Расскажи про шрамы, мышенька, – заявило в ответ это животное.

– Это не твоё дело, – нахмурилась я, отворачиваясь, чтобы никто не заметил предательски заблестевших глаз.

– Кристина, – с огромным сочувствием выдохнул отец Даниэля и в очередной раз ласково, словно ребёнка, меня приобнял. А я позорно зашмыгала носом у него на плече.

*

Даниэль

*

Лишь оказавшись на улице и ощутив бодрящий порыв ветра на лице, я немного опомнился, и моя ярость начала стихать, уступая место усталости и какой-то опустошённости.

Что я вообще делаю? У меня там красавица вейсанта ждёт первой брачной ночи, а я гоняюсь за каким-то свиноящером.