Ваше Благородие

Осман убил всех мой близкий. Мать, отец, дед, сестра, – всех, – загибал он пальцы на руке. – Он всех убил, кого я любить. – Немец сжал кулаки. – И теперь я убивать осман. Но арнауты плохой солдат, они всё только спать, есть и пить много вино. Сегодня я вдруг увидеть один русский егерь с волчий хвост на шапка. Ооо, я хорошо знать, кто носит такой шапка, и пошёл тебя искать. Я хочу быть твой егерь, Алексей, ты не пожалеть это. Я очень хорошо стрелять штуцер. Мне девятнадцать лет, и я десять много стрелять штуцер и фузей. Я много охотиться утка у озер, вальдшнеп в поле дробью, косуля и кабан пулей в лес. Я очень хорошо знать оружий, порох и сталь. Я буду короший егерь.

– Хорошо, хорошо, Курт, – положил ему руку на плечо Алексей. – Ты, главное, не волнуйся и кушай, кушай, не отвлекайся, – кивнул он на ополовиненную глиняную миску с едой. – Буду решать это дело в штабе. Ты, конечно, не подданный Российской империи, но право подать на это своё прошение имеешь. У нас вон и так двое сербов в команде служат, отменные стрелки, надо тебе сказать, почему бы и немцу теперь не служить у нас, да ещё и моему родственнику, – и он с тоской прижался головой к его голове.

Двое суток, данные команде на подготовку, неслись с ужасающей быстротой. Сделать нужно было всем массу дел.

Вопрос по Курту в штабе был решён быстро. Фон Оффенберг сам принял в этом участие, и составленное по всей форме прошение о принятии в подданство Российской империи оружейного мастерового Шмидта Курта Оттовича ушло, заверенное печатью главного квартирмейстерства, в столицу фельдъегерской почтой.

По поводу его перевода в особую команду вообще не заморачивались, в арнаутский полк было просто отправлено уведомление о переводе его в русские егеря. Там, похоже, вообще на это всё и всем было безразлично, иррегулярные войска жили какой-то своей особой и непонятной жизнью. И уже после обеда подтянутый и переодетый в русскую зелёную форму егерь ушёл домой собирать вещи. От многих его сейчас отличало только отсутствие волчьего хвоста на головном уборе.

Провизии закупили с избытком и теперь прокладывали вяленое и сырокопчёное мясо, колбасы и сало хорошо провощённой бумагой и холстиной. Отдельно прибирали топлёное масло, сыр, орехи и крупу."

"Потап притащил плохо прокрашенную парусину, всю в серо, жёлто и зелёных разводах. На удивление у всех командир такой плохой работе очень обрадовался. Он весело хлопнул капрала и показал большой палец:

– А теперь делите всё на пологи, обшивайте у них кромку и затем тщательно сушите.