Варвар для Варвары

Запрокинув голову, я выкрикнула имя мужа. Мои ногти впились в его спину. Бесконечно долгие секунды я находилась в состоянии полного исступления, и хотела только одного: почувствовать, как кончит Фил. Ощутить, как в меня выстрелит горячая струя его спермы.

Но в последний момент он отстранился и излил свое семя на кровать.

— Это было восхитительно, — прошептала я и улыбнулась.

— Правда? — выдохнул он, откидываясь на спину."

"— Правда, — подтвердила я и лениво провела ладонью по его животу, широкой груди. — Ты самый лучший.

Фил повернулся ко мне и подарил полный нежности поцелуй. Оргазм опустошил меня, но желание, которое он во мне возбуждал, никуда не ушло. Оно просто замерло ненадолго, чтобы перевести дыхание.

Я обняла мужа и доверчиво положила голову ему на плечо.

— Почему ты не кончил в меня? — спросила как можно мягче.

Нет, заводить маленьких варварят я пока что не собиралась. И все же этот факт несколько смутил меня. Мне всегда казалось, что дикари не очень-то заботятся о последствиях секса.

— Табу, — печально выдохнул Фил. — Один человек — один ребенок.

Я подпрыгнула так, словно на меня вылили ушат кипятка. Вот так сюрприз…

— Так у тебя что, есть дети?! — мой вопрос испугал меня саму.

Неужели муженек скрыл от меня такой важный момент. И теперь в довесок ко всему у меня появится приемыш. А, может статься, и целых два. Нет, я понимаю, дети — цветы жизни, все такое. Но, учитывая порядки этого мира, нежные одуванчики вполне могут оказаться кактусятами — колючими и вдобавок ядовитыми.

Взволнованная неожиданным открытием, я не сразу заметила, как побледнел Фил. Он выглядел не просто расстроенным, а по-настоящему огорченным. Казалось, еще секунда — и он пустит слезу.

— Что с тобой? — я нежно коснулась его щеки.

Заглянула ему в глаза и увидела в них столько боли, столько бессильной ярости.

— Ты просила не напоминать о Гете, — проговорил Фил.

Я была готова его стукнуть. В самом деле, нельзя же быть всегда таким честным. И непонятливым.

— Это не тот случай, чтобы промолчать, — заверила я мужа. — Рассказывай.

— Гета умерла при родах, — нехотя признался Фил. — Она была очень слабой, тяжело переносила беременность. И наш малыш… он тоже… погиб.

— Прости… — прошептала я и порывисто обняла Фила. — Не знала о твоей трагедии. Обещаю, больше не буду напоминать тебе об этом.

Моя, казалось бы, давно потерянная совесть дала о себе знать и покрыла меня трехэтажным матом. Напрасно я пыталась ее урезонить. За время своей длительной и беспробудной спячки она, кажется, так изголодалась, что готова была сожрать меня целиком.

Я вспомнила, как настойчиво Фил интересовался моим здоровьем, холил и лелеял. И вместо благодарности получил от меня укор.