Варшавские тайны

Лыков начал отходить от той злости, что охватила его четверть часа назад. Да, Нарбутт изменил служебному долгу. Но пошел сам на опасный захват и поплатился жизнью. Надо примириться: с мертвого не спросишь.

— Как Нарбутт смог так быстро подставить нам Гришку? Штабс-капитана убили ночью, неожиданно. А на другой день уже все было готово: показания Эйсымонта и Папрочи-Дужи, Ян Касъер со своим притоном…

— На теле Сергеева тоже была записка про казнь… Эйсымонт нашел труп, обшарил его и забрал бумагу. Подумал-подумал и отнес ее дяде. Также вручил ему ценности, что насобирал с покойника.

Старуха ни при чем, ее втянули для правдоподобия. Касъер сообразил и побежал к Нарбутту. Ты прав, надо было действовать быстро, чтобы к утру иметь легенду. И она появилась за полночи. Витольд был выдающийся человек. Все варшавские преступники считались с ним. Когда вожди решили списать Млыну, именно Нарбутта послали договариваться с «Иванами». Велки Эугениуш отнесся к просьбе с пониманием. Теперь Нарбутт опять направился прямо к нему. И угадал. Для каких-то своих целей Строба держал в городе четырех русских громил.

— Их было не жалко, — съязвил Алексей.

— Да. Этих было не жалко, и они подвернулись весьма кстати. Гришку с товарищами придумали подсунуть тебе. Дальше все пошло как по маслу. Особенно повезло, что ты застрелил главаря! О таком подарке никто и не мечтал.

— Тогда уже ты все это знал?

— Догадывался. Впервые заподозрил, когда допрашивали Эйсымонта Новца."

"— Слишком легко тот согласился написать записку дяде?

— Да. Но потом было убедительно, и я успокоился. Однако когда мы с Витольдом остались один на один, я спросил его.

Ну, дал понять, что подозреваю… Он резко меня оборвал, и я догадался.

— О чем?

— Что некие силы хотят, чтобы ты скорее покинул Варшаву. Например, в лаврах героя, который за два дня все распутал и научил нас, дураков, уму-разуму… Да не жалко! Поэтому я отодвинулся и не стал мешать. Но ты не уехал. А потом нашел труп Яшина. С этого момента скрывать обман было уже невозможно. Витольд отправился на Железную Браму — и его там задушили… Эхе-хе… Все! Ты прав: надо идти к людям.

Начальник отделения и его единственный теперь помощник вышли в общую комнату. Агенты уже разошлись и занимались каждый своим делом. Полицейский врач завершал осмотр тел.

— Что можете сказать, пан Мыщинский?

Доктор задумчиво протер салфеткой пенсне.

— М-да… Кем бы он ни был, но это чрезвычайно ловкий человек. Чрезвычайно! Пан Степковский однажды в одиночку задержал двух опасных уголовных. Да и пан Нарбутт никого не боялся. А этот Пехур разделался с ними за минуту.