Варшавские тайны

И в то же время старый медвежатник явно что-то скрывает… Убийца штабс-капитана был у него в притоне. Часы… Если их подбросили, удобнее всего было это проделать именно Новцу Ну, дядюшка, найдем и на тебя управу! Рано ты успокоился…

Лыков отослал арестанта в коридор и вызвал помощника смотрителя. Вошел дюжий малый сурового вида.

— Поляки среди тюремной стражи есть?

— Никак нет, одни русские.

— В коридоре ошивается Ян Новец. Немедленно перевести его в карцер, самый загаженный и холодный.

— Есть!

— Из пищи давать лишь хлеб и воду. Довольствие из ресторана запрещаю.

— Давно пора! — с чувством произнес тюремщик. — А то я дома так не кушаю, как этот шильник! А только, ваше высокоблагородие, ежели он жалобу какую настрочит? Плохое содержание там и прочее… По закону Новец токмо подследственный…

— Жалобу принять, ходу ей не давать, передать мне.

— Вот это правильно! — заявил помощник смотрителя. — А то поляк поляка покрывает, а ты молчи да потакай… Устроили из темницы санаторию! Степковский вон пояса из собаки привозит… Сделаю, как вы велели. Можем и тово… устроить ему сладкую жизнь. Помочь розыску, так сказать, ежели не сознается.

 — И добавил осторожно: — Опыт такой имеем…

— Нет, — ответил сыщик. — Если я найду улики, то сидеть он будет не у вас, а в Цитадели. Там, чай, свои мастера имеются?

— Ого-го! Лучшие во всей Варшаве! Так отлакомят по спине, что все расскажет!

— А вы сделайте вот что. Когда нашего барина как следует припрет, он постарается передать на волю записку…

— У нас это не дозволяется! — строго перебил Лыкова тюремщик.

— Нигде не дозволяется. И везде в заводе.

— Но…

— Молчите и слушайте!

— Есть!

— Вы плохо прочитали мои бумаги.

Я чиновник особых поручений Департамента полиции. Особых! Меня не интересуют ваши маленькие гешефты. Министр граф Толстой командировал меня в Варшаву не для этого, а для поиска убийц русских офицеров.

Помощник смотрителя мрачно гонял по круглому лицу желваки.

— По всей империи есть арестантская почта, и у вас, конечно, тоже. Повторяю: меня это не интересует. Но когда Ян Новец — и только он! — попытается отослать на волю записку, эта бумага должна оказаться у меня. Я полностью доверяю вам и смотрителю, господину Молчанову.

Вам лучше знать, как именно исполнить поручение. Повторю: речь идет об убийцах наших офицеров.

В мрачных недоверчивых глазах тюремщика что-то мелькнуло. Лыков протянул ему руку, и тот пожал ее.

— Так что… исполним, ваше высокоблагородие. Только уж вы… не во вред…

Глава 7

Паутина

Сыщики вышли на улицу, и Егор тут же набросился на начальника:

— Алексей Николаевич! Я ничего не понял! Что за письмо должен передать Новец и кому? Разъясните, ради Христа!

— Да я и сам пока наугад бью, — признался Лыков.