Ваше Сиятельство #1

Вот хочу, чтоб моя «Ласточка» понеслась этак километров за пятьсот в час! — он с мечтательным удовольствием посмотрел на свою виману. — Если идея действительно будет работать, то, конечно, это золотое дно. Заплатить каких-то 10–15 процентов за такой огромный прирост скорости почти каждый согласится. К нам будет стоять бесконечная очередь. До тех пор, пока не найдутся конкуренты, — граф тоже повернулся на запад, наблюдая приближающиеся воздушные машины. — Хотя деньги для меня, сам знаешь, дело неважное. А вот такое изобретение, если заработает, то оно станет важным не только для меня, а в масштабах нашей огромной империи. В общем, я восхищен! Восхищен так, что все это пока не могу охватить умом! И очень хочу поскорее схему твоего устройства."

"— Жорж Павлович, ваш ум велик. Уж не зря вы на таком важном месте в Директории. Что касается конкурентов — они вряд ли найдутся. Там есть такая магическая изюминка, которую без моей помощи вряд ли кто расшифрует. Говорю это не в качестве хвальбы. Просто оно так и есть. И поэтому я не опасаюсь даже князя Урочеева, — я не зря упомянул сейчас главу Ведомства Летающих Машин, надеясь, что Голицын хоть намеком прояснит, отстранили этого мерзавца от должности или нет. Однако Жорж Павлович молчал, то ли не желая говорить при баронессе, то ли не имея никакой свежей информации. И я лишь добавил: — Ни через Урочеева, ни через каких-либо британских шпионов секрет ускорения виман к нашим врагам не уйдет, потому как даже зная принцип, они не смогут они его воспроизвести на магическом уровне — есть там особые тонкости.

Я смотрел на медленно садившуюся «Эльзу» — виману Евстафьева. Что сейчас будет… Очень интересно. И еще интересно: первой выскочит из люка моя мама или все же отец Талии? Готов делать ставки, что Елена Викторовна в силе своего возмущения опередит барона.

Так оно и вышло: едва открылся люк, как на траву спрыгнула графиня и, вонзая каблучки в мягкую землю, часто спотыкаясь, поспешила к нам. А дальше мама меня очень удивила. Вместо того чтобы продолжить сердитую волну, поднятую ей в сообщениях через эйхос, графиня подбежала и обняла меня, затем метнулась к Талии, обняла ее и воскликнула:

— Артемида, слава тебе! Спасибо, Величайшая! Целы мои дети!

Краем глаза я видел, как из второй виманы вышел Иван Сергеевич Веселов с женой, за ними семья Талицких. Граф Голицын направился к ним, благодушно здороваясь. А потом вдруг призвал всех к вниманию и сказал:

— Господа! Есть значительные подозрения, что некоторые из вас прибыли сюда, чтобы отчитать этих отважных молодых людей за нехороший поступок. Якобы за нехороший поступок, — подчеркнул он и с улыбкой покосился на меня.