Вечный Герой

 — Запрягайте лошадей и разбирайте лагерь!

— Так нету лошадей! — растерянно сказал пацан, что всё это время тёрся рядом.

— Что значит, нет?

— Вон смотрите! — он указал сторону загона, где лежали лошади с перерезанными глотками. Присмотревшись, я заметил, что часть туш были понадкусаны. Гоблинская стая порезала всех животик!"

"— Долбанные живодёры! — пробурчал я, и моё вспыхнувшее сочувствие к розовым почти испарилось. Единственным оправданием для них было моё предположение, что с их микроскопическим мозгом что-то не в порядке! — Значит, план «Б»!

Я повернулся к мохнатому.

— Ты в порядке?

На что Силач коротко кивнул.

— А стажеры, что были с вами — выжили? — тот снова кивнул и крикнул, подзывая к нам одного из юнцов, немного испуганного, но полностью целого.

— Слышь, парень, ты помнишь, где вы нас встретили?

— Да, конечно! кивнул тот.

— Давай, метнись кабанчиком, там ждёт мой табор… ну, в смысле, мои люди — скажи, Бульдог велел возвращаться! Ясно?

Парень растерянно огляделся, ища кого-то из своих командиров, чтобы тот смог подтвердить мой приказ.

— Ты еще здесь? Бегоо-о-ом!!! — рявкнул я.

Парень аж подпрыгнул на месте, и припустил наутёк, набирая ускорение. Кажется, в прошлых жизнях я умел, любил, и практиковал всяческие командные процедуры для нерадивых бойцов!

— Ладно, давайте собираться!

Особой помощи я не оказал. Оставшиеся люди сами знали, что делать. Я примерно подсчитал, что ватага потеряла 13 героев безвозвратно и 11 были раненые в той или иной степени тяжести. Из мирного населения оставалась примерно четыре десятка, в основном женщины и дети. Ранее, вместе с боевой группой Рыжей, что составляла ровно дюжину, с самой Рыжей — чёртову дюжину и, отсутствующими сейчас, дозорами, в ватаге было 57 человек.

Ватага «Бычий Уй» считалась, до недавнего времени, крепким «середнячком».

Когда вернулся мой «табор», большинство телег было уже загружено, оставалось только запрячь в них коней. Кажется, всё мы захватить не смогли — часть палаток и добра было сожжено, часть имущества — поломано и повреждено, люди крепились, но, похоже, это была реальная катастрофа.

В итоге, мы выдвинулись из разрушенного лагеря через четыре часа, что составляло треть от минимального времени появления новой «воспитательной» Локации.

Нужно было поторопиться! Сильно увеличившийся караван растянулся ка длинная змея, и, поднимая пыль потянулся на северо-запад к новому временному «дому».

— Бульдог! — я сидел на третьей повозке с начала, Лысый — на первой, мониторя окружающую обстановку, когда ко мне подошел коричневый зверочел.

— Присаживайся! — я подвинулся, и Силач ловко запрыгнул на телегу, которая жалобно заскрипела под его весом.