Вечный шах

По обе стороны провода приходилось орать как резаным и повторять одно и то же по десять раз, чтобы собеседник получил хотя бы примерное представление о предмете. Удалось сообщить друг другу, что они в порядке, скучают, дети здоровы, Кирилл тоже поправляется и скоро станет лучше прежнего. На этой оптимистической ноте время по талончику закончилось. Ирина положила трубку, но телефон тут же зазвенел опять, и снова частыми звонками, значит, межгород.

– Да, Кирюша, – сказала она в полной уверенности, что муж не успел что-то ей сообщить.

– Это я, – Ирина узнала мамин голос.

– Что-то случилось?

– Нет, доченька, все в порядке, просто звоню узнать, как ты там.

– А Гортензия Андреевна разве еще не приехала?

– Приехала.

– Кубок привезла?

– Привезла, не волнуйся. Я вот что хотела сказать, – мама замялась.

По сравнению с деревенской почтой, откуда звонил Кирилл, связь со станции казалась просто фантастической.

– Так что случилось, мам?

– Мы с тобой так нехорошо поговорили… Насчет твоего мужа.

– Мам, да нормально все.

– Надеюсь, ты меня правильно поняла?

– Наверное, – осторожно заметила Ирина.

– А то я переживаю, что ты сидишь и волнуешься, не изменяет ли тебе Кирилл. Ира, я уверена, что нет, он честный человек и тебя любит. Отговаривая тебя ехать, я имела в виду, что хорошая жена для своего собственного спокойствия исключит даже теоретическую возможность застать мужа с другой женщиной. Даже если эта возможность равна нулю, она исключит и этот ноль.

Ирина засмеялась:

– Мам, ты знаешь, у меня голова кругом идет от высшей математики. Можно ли вообще исключить ноль? А если честно, я тут же забыла об этом разговоре.

Она осеклась, но было уже поздно, слово вылетело. Сейчас мама взовьется, как пионерский костер: «Что? Мои советы для тебя ничего не значат?»

– А, ну и хорошо. Видишь как, а я места себе не нахожу, что тебя расстроила.

– Слушай, мам, а я никак не могу вспомнить одну женщину, – быстро сказала Ирина, чтобы отойти от скользкой темы, – лицо знакомое, а где видела, бог знает. Может ты помнишь, такая Голубева Искра Константиновна. Не встречалась тебе нигде?

– Да как же не встречалась, Ира! Мы же дачу снимали в Комарове академическую, помнишь, зимой?

Ирина нахмурилась.

– Ты еще приезжала, Егор совсем маленький был? Неужели не помнишь?

– А, да-да, что-то такое было, действительно.

– И она была нашей соседкой по даче. Кошмарная баба.

– Да?

– Ну что, вспоминаешь?

– Смутно.

– Мы с тобой тогда ругались постоянно.

– Это не ориентир, мама, – невесело усмехнулась Ирина. – Мы всегда ругались.

– И то правда. Знаешь, Ира, если уж зашел у нас такой разговор… Я думала лично сказать, но по телефону даже лучше. Я ведь знаю, что вы с сестрой меня ненавидите.

– Да ну, мам, ты что!

– Знаю, знаю.