Великое избавление

Надо же человеку как-то зарабатывать себе на жизнь.

— Конечно! — резко подтвердил Линли. — Адрес?

— Мне надо просмотреть записи. Я позвоню вам через час, идет?

— Нет.

— Господи боже, да послушайте!..

— Я выезжаю в Ричмонд.

— Нет, нет, не нужно! Погодите немного, старина. — Хаусмен откинулся на спинку стула, с минуту безнадежно созерцал серое небо. Потянулся к шкафу с папками, пощелкал ящиками, продолжая игру на публику.

— А теперь что, мисс Доалсон? — воззвал он. — Нет, отложите это на завтра, идет? Пусть она себе хоть все глаза выплачет, крошка, у меня нет сегодня ни минуты свободной.

 — На столе наконец обнаружился клочок бумаги с нужной ему записью. — Ах, вот оно, инспектор, — обрадовался он и продиктовал Линли адрес. — Только не рассчитывайте, что она встретит вас с распростертыми объятиями, — предупредил он.

— Мне, в общем-то, все равно, как она меня встретит, мистер Хаусмен. Всего…

— Но вам лучше знать заранее, инспектор. Мужик просто умом тронулся, когда узнал обо всем. Я думал, он меня прямо голыми руками задушит. Уж не знаю, что он сотворит, когда к нему заявится Скотленд-Ярд.

Он с виду такой профессор, очочки, умные слова, но, можете мне поверить, инспектор, не так он прост. Когда этот малый разозлится, он на все способен.

Линли сощурился. Он понимал, что детектив забрасывает удочку с искусно наживленной приманкой, и рад был бы проплыть мимо, но пришлось со вздохом признать свое поражение.

— О чем вы толкуете, Хаусмен? О чем он узнал?

— О первом ее мужике, само собой."

"— Что вы хотите этим сказать, Хаусмен?

— Тесса Тейс — двоемужница, старина! — с торжеством заявил Хаусмен.

 — Выскочила замуж за своего второго, не распрощавшись по всем правилам с Уильямом. Представляете, что с ней сделалось, когда я возник у них на пороге?

Дом выглядел совсем не так, как издали представлялось Линли. Женщине, бросившей мужа и детей, следовало завершить свои дни в дешевой квартирке, провонявшей чесноком и застоявшейся мочой, ежедневно заливая томящуюся совесть бутылкой дарующего забвение джина. Такая женщина должна была быстро увянуть, износиться, лицо ее должны были покрыть морщины стыда и позора.

Но Тесса Тейс Маури совершенно не походила на такую женщину.

Линли припарковал машину перед домом, и они молча созерцали это жилище, пока Хейверс наконец не заговорила.

— Нельзя сказать, что эта женщина опустилась, а? — заметила она.

Им было нетрудно найти этот коттедж в новом, очень приличном квартале в нескольких милях от центра — здесь домам присваивали не только номер, но и особое имя. Дом Маури именовался «Йорвик Вью».