Верная гончая

Ужас какой-то… У них, что, и мозги новые продают?!

Основательно испугаться не успела, Тибби присела рядом со мной и на раскрытой ладони протянула пирожок.

Невероятно! Божественно!

Пожалуй, сейчас я готова простить всем их оплошности, миску с помоями, особенный юмор жизни. Сейчас я блаженно прикрыла глаза и наслаждалась вкусом!

Вот только пирожок оказался слишком маленьким.

Я подняла на Тибби вопросительный взгляд, и она в ответ рассмеялась:

– Эх, Ранделл, плохой ты хозяин! – сквозь смех вырвалось у неё.

Странно, а она не общается к нему этим витиеватым «ваша светлость».

– Почему это? – в голосе грозного хозяина проскользнула почти детская обида.

Тибби подняла палец и тоном строгой учительницы проговорила:

– Прежде чем срываться на прием к своему дражайшему начальству, нужно было привести красавицу ко мне! Я бы её и накормила, и напоила, и даже спать уложила бы, – женщина ласково провела по моей спине рукой.

Странно, она меня совсем не боится. А вот Аманда и этот Иниго чуть ли в обморок от страха не свалились.

– И ты бы её не испугалась? – с лукавой улыбкой уточнил хозяин, присев возле меня и тоже протянув угощение в виде кусочка вяленого мяса.

Ум-м-м. Вы разговаривайте, разговаривайте, а я пока буду кушать и на ус мотать.

– Смешной ты, мальчик мой! В отличие от тебя, я не один год держала собак!

Значит, я первый питомец Ранделла?

– Да, как я мог забыть! – ворчливо отозвался мужчина и поднялся на ноги: – Пойдём в столовую, – бросил уже мне и дал ещё один кусочек мяса.

Да, я за вами хоть на край света, хозяин, вы только не забывайте меня кормить!

Пока шли в малую столовую, я гораздо внимательнее рассматривала обстановку, подмечала каждую мелочь. Странные цифры в овальных часах на стене, мерцающая гладь зеркал. На стенах в столовой висели портреты, с изображенными на них благородными леди в громоздких шляпах и статными джентльменами в строгих костюмах. Небольшой круглый стол уже был заставлен прозрачными вазочками с какими-то яствами, а вот моя миска примостила в углу у окна. Чувство голода было сильным, но собственное достоинство не позволило опуститься до уровня животного.

И не дожидаясь указаний хозяина, запрыгнула на стул и бросила упрямый взгляд на застывшего в дверях мужчину.

– Таша, место! – строго проговорил Ранделл, но я и не подумала слушаться.

Я не буду есть с пола! Ни за что!

– Я сказал место! – с той самой ледяной интонацией повторил хозяин.

Нет уж! Пусть делает, что хочет!"

"Мы сверлили друг друга взглядами, не желая уступать, точнее Ранделл ждал, что сдамся именно я. Позволь я проявить покорность собаке, которая всё ещё пыталась одержать надо мной верх, то непременно бы уже сидела возле миски и покорно ждала, когда мне будет дозволено приступить к трапезе. Но.