Вернуть Веру

- Слушай, ты нигде не видела эту барышню?

- Какую? – немного ошалела Ника от такой резкой смены темы разговора и принялась оглядываться по сторонам.

- Да не пялься ты так! Спугнем… Слева она. За ивой прячется.

- Темненькая такая?

- Угу… Она мне сегодня уже несколько раз на глаза попадалась.

- Не знаю. Что-то знакомое. Но… нет, не припоминаю. А, собственно, что происходит?

- Еще не знаю. Ну-ка, подержи…

- Что ты задумал?!

- Есть у меня одно подозрение. Хочу проверить…

Я пересадил возмущенно пыхтящую Дашку на руки Ники, встал и неторопливо зашагал по дорожке, делая вид, что до девицы мне нет никакого дела. А потом резко свернул прямо на неё. Надеялся, что сработает эффект неожиданности. Он и сработал. Девчонка помешкала, и я успел рассмотреть, что она старше, чем я изначально подумал. Но когда я уже было решил, что подловил её, она сорвалась с места и рванула от меня со всех ног.

- Ну-ка стой! Эй… Ты меня слышишь?! Это ты мать Дашки?! Да постой же! Вот черт…

11

Я ни черта не понимала. Лишь смотрела вслед перепрыгивающему через заборчики и другие препятствия Стасу, который, к слову, находился в отличной форме. Вон как стремительно он перемещался. Ну, просто вылитый хищник… Такой же грациозный, внезапный и быстрый. И такой же смертельно опасный. Что-то мне подсказывало, что опасным он был не только для той девочки, что за ветками деревьев пряталась…

- Уу-у-у… - загудела Дашка.

Взмахом руки я отогнала от нее назойливую муху, ободряюще улыбнулась и снова перевела взгляд на пространство между деревьев, где как раз опять мелькнула высокая фигура Гуляева. А я ведь и правда его не знала… Совсем. Но моей вины в этом не было, и мысли о том, что если бы я любила его сильнее, была бы к нему внимательней, то он непременно бы мне открылся, остались в далеком прошлом. Теперь я понимала, что дело было не во мне. Абсолютно. Ему это просто было не нужно. Ни тогда, ни, тем более, сейчас.

Видимо, я надолго зависла, увязнув в собственных мыслях, потому что опомнилась, только когда на плечо легла рука. Тяжелая и горячая.

- Ушла… - пояснил Гуляев, сжимая пальцы чуть сильней. Взмыленный, разгоряченный. Над губой капельки пота поблескивали, пряди темных волос прилипли ко лбу, придавая ему какой-то совершенно мальчишеский вид. И этому раздосадованному мальчишке сказать хотелось, что ничего, мол, ушла и ушла. Но я стоически молчала. Потому что никакой он не мальчишка, а гад, каких только поискать.

- Я так и не поняла, что это было.

- Да ты что! – возмутился Гуляев. – Это же Дашкина горе-мамаша!

Дашка, услышав знакомое слово, завертела головой. Гуляев шагнул к нам, чтобы снова ее забрать. И в этот момент налетел непонятно откуда взявшийся посреди такой жары ветерок.