Ты не знаешь о дочери

Раз уж все всё узнали, мне остаётся только смириться, стиснуть зубы и ради Наташи, которая всегда по-доброму относилась ко мне ещё со времён, как я была подопечной Петра Сергеевича и жила в их доме, и ради Оли, потерпеть один вечер. Ей там будет хорошо — свежий воздух, шашлыки…

Пётр Сергеевич как и обещал приехал за нами сам. Отвёз нас в поселок, на свою дачу. Хотя дачей я бы это не назвала — целый величавый коттедж, с краю — лесок, сосны… Красота да и только.

— Мама, тут так красиво! — восхищалась и Оля.

— Да, зайка, — ответила я. — Очень.

— А можно я шишки пособираю?

— Можно, только далеко не уходи.

— Территория огорожена, далеко в лес не уйти, — сказал Пётр. — Но всё равно собирай возле дома — тут тоже сосны есть, и шишек полно.

— Хорошо!

— Не переживай, — сказал он мне. — Наташа уже шашлыки замариновала. Сейчас выйдем жарить и посмотрим за ней.

— Да и я пока не тороплюсь в дом, — сказала я, понимая, что Роман, скорее всего, уже внутри, и видеть его мне не особенно хотелось. Я видела ещё одну машину, припаркованную у ворот дачи — значит, он и Лада уже здесь.

Ближе к обеду мы переместились в дом. Едва переступила порог — наткнулась на холодные серые глаза, и ощутила, как меня стало мелко потряхивать.

Так, надо собраться. Чего я боюсь и нервничаю? Ничего же он не делает мне. Он тут с Ладой, и на дне рождении мачехи вряд ли устроит цирк.

— Добрый день, Роман Петрович, — сказала я ему довольно сухо.

— Добрый день, — так же сухо ответил мне он, и на том мы разошлись в разные стороны.

Глава 22

КатяМы накрыли на стол и отведали чудесного шашлыка от Петра Сергеевича.

— Нет, ну по шашлыкам вы мастер, — сказала ему Лада, которая сидела рядом с Романом напротив меня. — Вкуснее никогда не ела!

— Это правда, — присоединилась я к ней. — Оля вон три куска уже съела!

— На здоровье, наша девочка, — улыбнулась Наташа ей. — Спасибо, что приехали.

— Как мы могли бы отказать?

— Ну, знаешь, всякие дела могли появится, — ответила она. — А мне так хотелось бы видеть тебя и Олю на нашем семейном празднике.

— Я знаю, — кивнула я. Я помню, что мы не чужие. — Поэтому мы здесь.

— Мам, — дёрнула меня за рукав Оля. — Можно, я пойду поиграю?

— Иди, милая, — позволила я. — Только вытри руки и рот хорошо.

Я дала ей салфетку и помогла убрать с лица и рук остатки еды. Дочь ушла гулять по дому, пока мы трапезничали.

— Наша девочка? — подметил Роман, сузив глаза, уставился на мачеху.

Я осторожно кинула на неё взгляд из-под ресниц. Она сказала, не подумав, забыла, что Роман пока ещё не в курсе событий. И что теперь? Она скажет обо всём прямо за праздничным столом?

Вся прямо похолодела от одной мысли об этом.