Версальский утопленник

Несмотря на мундир, внушавший почтение, смешанное со страхом, матросы чувствовали, что положение его отличается от положения других офицеров, и видели, что известный своей справедливостью и доброжелательностью Риву окружил вновь прибывшего офицера вниманием и почтением. Поэтому они говорили с ним искренне и без принуждения. Николя сразу понял, сколь сурова повседневная жизнь моряка, и по достоинству оценил их преданность своему делу, хотя многие из них оказались на морской службе отнюдь не добровольно. Для некоторых служба во флоте стала чем-то вроде спасательной шлюпки, другие стали жертвами капризной судьбы или безжалостных рекрутеров. Прибытие на борт герцога Шартрского никого не обрадовало. Все видели, с каким надменным видом он отдавал команды, и прекрасно понимали, что из почтения к его титулу никто из офицеров не станет ему перечить.

— Надо полагать, кто-то очень испугался, что малыш, не дай бог, полезет в драку, а потому поставил его над всеми! — воскликнул как-то раз кто-то из матросов.

Николя подумал, что подобное высказывание вряд ли придется по вкусу Ла Мотт-Пике."

"В свободное от командования время принц выдавал бесконечные тирады о преимуществах английской политической системы; но в основном проводил время за выпивкой, закуской и игрой в карты, разоряя офицеров как своего, так и других кораблей эскадры, дерзавших садиться с ним играть. Томясь от скуки и обладая неуемным честолюбием, герцог рвался в бой, надеясь поскорей заслужить вожделенное звание Великого Адмирала, дабы принять его из рук своего тестя, герцога де Пантьевра.

На борту нельзя ничего утаить, и экипаж глухо роптал. Зачем на королевском военном фрегате, выступившем в боевой поход, нужен герцог, окруживший себя поварами, лакеями, жарильщиками и виночерпиями?

Война началась, думал Николя, и неужели принц не понимает, что, выставляя напоказ бессмысленную роскошь, он пробуждает недовольство команды, которой вскоре предстоят кровопролитные сражения? Какой пример подает сей родственник монарха этим мужественным людям, готовым к самым суровым испытаниям? Ведь жизнь их и без того проходит в постоянных тяготах, вдали от супруг и детей; они лишены радостей семейной жизни, и вдобавок им постоянно грозят жестокие телесные наказания.

Николя опасался грядущих сражений. Если события примут дурной оборот, ему придется усиленно оберегать принца. Перед отплытием в Бресте прошел слух, что английский адмирал Кеппель намерен во что бы то ни стало пленить герцога Шартрского, и на своем корабле «Виктория» уже привел в порядок удобную просторную каюту, где предполагает разместить его светлейшее высочество.