Ветер свободы (СИ)

 — отчеканил он — Ты прав ходы кончились, пришло время дать камням сыграть.

В тот же миг рисунки на каменных пластинках загорелись разноцветными огнями и пространство над доской ожило, превратившись в буйный лес с множеством озёр, в лесу возвышались фигуры различных чудовищ, скалящих друг на друга зубы и выше всех, возвышался жуткий золотой змей, что высунул свою громадную голову из одного из озёр. На стороне старшего монстра были десятки водных монстров, что цепляли и разрывали щупальцами и наступающих на них мертвецов, выступающих на стороне юного свина.

Только я подумал, что судьба партии предрешена, как внезапно по цветущему лесу прокатилась волна сухого чёрного смрада, что оставлял за собой пожухшие деревья и пересохшие озёра. Армия мертвецов ничуть не пострадавшая от этой жуткой атаки, продолжила своё неторопливое шествие по вымершей и потрескавшейся земле. Водные чудища, лишившись своих домов беспомощно забились на голой земле, изредка убивая хоть кого-нибудь, в то время, как скелеты и гули с лёгкостью разрывали их плоть.

И, золотой дракон пал под натиском мёртвой армады, что погребла его под волной трупов, в конечном итоге обглодав до голого скелета.

— Откуда у тебя стихийное заклинание, паршивец?! — зарычал он на своего молодого противника — И почему именно засуха?! Кто вообще играет мертвецами?!?!

— На себя посмотри, — пожал плечами молодой монстр, сгребая гору белых фишек — Только через водные бафы и древнего змея и можешь играть. Позорище.

— Ах ты урод. — взревел толстяк и бросился на своего недавнего врага в игре.

Но прежде чем эта парочка успела сцепиться в лицо нападавшего впечатался когтистый кулак стоявшего рядом со мной льва.

— Жирная мразь! — оглушал меня бешенный рёв — Я поставил на тебя последние деньги! Как ты проиграл этому шкету?!

Брызжа кровью из разбитого носа массивное тело отлетело в ближайший стол и врезалось в него спиной, стоявшие возле него игроки недовольно заворчали и пинками вернули тело обратно нам, где на несчастного тут же набросилось сразу несколько львов, видимо столь бесславный проигрышь взбесил многих.

— А как же про драки один на один? — повернулся я Кожи.

— Получат потом в переулке камнем по башке, а проснуться уже тушками в сыром подвале, — пожала плечами Кожи — Кланы гросов очень не любят, когда их соплеменников обижают. Очень, очень не любят.

Многозначительно добавила она, глядя, как толпа превращает бедного старика в кровавую кашу.

— А он случаем прям тут не помрёт? — задумчиво почесал я свою лысую голову, блин по волосам скучаю.

— Грос то? Нееет.