Ветер свободы (СИ)

Она знала, что её дочь способна на великие дела, но вид неудач выводили её из себя, ### думала, что собственная дочь насмехается над ней, нарочно перестаёт стараться и развиваться, бывало, что она бросалась к Су с намереньем убить не оправдавшего надежд ребёнка, но стоило её маленькому сердцу перестать биться, как нерадивую мать охватывал страх, что она погубила свой шедевр, поэтому целители в спешке вытаскивали малышку с того света во объятья, молящей о прощении матери.

А на следующий день всё повторится снова, былые успехи окончательно сменились провалами, а красота юного тела болезнями, измождённое нагрузками, побоями и постоянными излечениями оно начинало медленно умирать: налитые силой мускулы становились дряблыми, блестящая чешую сползала грязными, рваными пластами, волосы превратились в уродливую капну, светлая кожа серела прямо на глазах. И всё это лишь сильнее злило мать Салидус, одни лишь глаза девочки оставались живыми, наоборот с каждым днём они становились всё ярче и ярче, в них всё отчётливее можно было заметить огонёк разгорающегося пламени безумия.

Как уже говорилось ранее мать Салидус придерживалась старой веры, а вернее древней легенды о змеях, породивших этот мир, живших на самом дне подземелья и следивших за своими отпрысками. Не сложно догадаться, что столь выдающаяся дочь стала для неё их подарком, посланием и как ### считала “вторым пришествием” в жестоком и отчасти безумном мозгу женщины крепко укоренилась мысль, что её дочь положит начало новому, великому роду ламий, вознесёт семью Ядовитого Клыка на вершину пищевой цепи и сама четвёрка прогнётся под ней, признав первой среди “равных”.

Поэтому на ряду с непрекращающимися занятиями ### упорно вдалбливала ей свои идеи и веру, заставляла учить слова легенд наизусть, каждый день она рассказывала своей дочери, что, став следующей главой семьи, та будет обязана найти себе достойного партнёра и зачать дитя, что превзойдёт её саму, остальных же должно уничтожить, так же как её мать в своё время поступила с собственными жалкими детьми. В один из дней она даже перенесла на свою дочь священную гравюру, что многие из её родичей и приближённых сочли богохульством, но к следующему дню недовольных не осталось, впрочем, как и их тел. Не сложно догадаться, что рассудок совсем ещё юной девочки не мог остаться в порядке после всех этих событий и ежедневная религиозная пропаганда превосходства в купе с медленно поглощаемым безумием детским разумом создали поистине страшную смесь.

А некогда живой и яркий ребёнок превратился в безэмоциональный инструмент.